Войти на сайт
График работы:
пн-пт: 10:00-20:00
сб-вс: 10:00-18:00

ЭЦ ТУРБАЗА

Украина, 40001, г. Сумы
ул. Герасима Кондратьева, 6  

+38 050 913-36-63

В гостях у легендарного Роса

Страницы: 1
RSS
В гостях у легендарного Роса, Автор отчёта: Валентина Даниленко
 
Автор отчёта: Валентина Даниленко

В гостях у легендарного Роса.

Дневник водного похода на байдарках по реке Рось 17-27 июля 2010 г.
Текст и фото В. Даниленко.
Технический отчет похода http://brodyaga.org/geography/1171/12284/

В дни скуки и унынья, перелистывая альбом своих воспоминаний, я обнаруживаю на фоне череды серых будней и праздников, всяческих свершений, подъемов и падений, яркие вспышки памятных событий, в которых куда то лечу, плыву, еду ,где то пребываю , одним словом путешествую.

Подробности всего пережитого и увиденного остаются в памяти черно-белого кинематографа моей жизни цветным увлекательным кино, которое хочется без конца вспоминать и пересказывать, каждый раз приятно удивляясь своему личному присутствию там.



Вот и на этот раз, не желая прерывать эту чудесную цепь, получив предложение присоединится к группе для байдарочного сплава по реке Рось, быстро решаю все свои дела и отбываю пусть не в самое грандиозное, но все же путешествие. Изнуряющая июльская жара 2010 года настоятельно к этому подталкивает, а бардовский состав группы сулит музыкальные выгоды. Бардовскую песню, приправленную свежим воздухом странствий и легким дымком костра, беззаветно люблю.

Сомнения уходят прочь. И я уже на пути к небольшим, но что очень важно, своим приключениям. Имея в активе всего лишь двухдневный сплав на трехместной байдарке по реке Псел, понимаю некоторую дерзость своих намерений и чтобы не подвести команду, стараюсь предусмотреть все возможные проблемы. У меня в рюкзаке можно найти массу полезных вещей для похода. Мой ремнабор способен покрыть потребности команды, аптечка поражает ассортиментом, а я упакована от солнца, дождя, холода, насекомых, физических перегрузок, скользких камней и т.д. так, что чувствую себя человеком в футляре. Конечно же, если бы речь шла о третей категории реки и выше , наличие личного подогнанного спасжилета , такой же каски, гидрокостюма, гермомешка , всяких электронных штучек и т.д. обязательно. Но, изучив лоцию реки, в вопросах экипировки и снаряжения полностью доверяюсь руководителю похода. Хотя любая вода требует к себе уважения, предстоящий поход больше опасен вероятностью получить солнечный или тепловой удар.

Понимаю, что мой отчет с каждым словом превращается в обычный личный дневник, но не могу удержатся и не написать как блестели глаза у всех собравшихся на перроне поздним вечером в день отъезда . Шум вокзала , особый запах перрона, приподнятое настроение и легкое волнение у отъезжающих , грусть и сожаление у провожающих .И ужас и недоумение у всех при виде горы багажа. Но оказалось, что по пути несколько картонных коробок с трехлитровыми банками должны обменять в Конотопе у своих родителей на пирожки . Мне постановка вопроса очень понравилась и я решила помочь не проспать нужную станцию. С усилием вытащив с промеж вещей и вытолкав на перрон провожающих, мы двинулись в путь. С мыслю, что я как всегда в поездах, спать не буду, размещаюсь на верхней полке и успокаиваюсь. Перед глазами проносится прожитый день и что-то еще.

Резкий толчок заставляет открыть глаза. Первая мысль – Конотоп. Такое количество колей – конечно, Конотоп! Я заглядываю за стенку – хозяин банок спит дремучим сном. Ох, ты Господи! Тормошу его за ноги. Просыпается и обалдело смотрит на меня. Я объясняю. Он с двойным обалдением смотрит в окно: «Что?! Снова Конотоп?!» Потом приходит в себя и говорит: «Конотоп мы проехали час назад, а это Нежин. Три человека снимали банки и выносили, ты не слышала?» Я озадачена – не слышала, и успокоена - команда надежна, пирожков не проскочили….

Ранним утром прибываем на Киевский вокзал. Все свое имущество мы переносим через колеи, потом территорию вокзала и старый навесной мост на перрон пригородного вокзала за несколько минут до отправления нашей электрички . Собрав наконец все и всех вместе и отдышавшись, обнаруживаем , что мы здесь далеко не одни. Суббота, утро и уехать желает огромное количество людей. Наши бывалые запускают нескольких человек с легкими вещами занять, как они сказали, несколько купе. Я стою с легкими вещами за могучим молодым человеком и понимаю, что не обойти мне его физически. Но тут меня осеняет мысль завербовать его, пусть займет нам наши три купе.

Пока подавалась на посадку электричка, у стоящих впереди меня был истерический смех. Для контакту посмеялись и мы. А потом произошло чудо. Народ подобрел и мы смогли забросить в вагон свои вещи. Наши попутчики имели множественные неудобства, когда ехали с нами. Но со всего вагона только один человек выразил недовольство, зато какая задушевная и полезная беседа завязалась у нас за эти три часа. А когда пришло время нам выходить, ну ни то что бы за нами плакали, но приятных напутствий наслушались довольно, ничего не забыли и вышли во время, спасибо всем. Так потихонечку мы и добрались до стапеля.

Первый день завершился жуткой усталостью от населенки, которая никак не заканчивалась, и неудобным обносом. Но все же мы имели удовольствие продрейфовать мимо интересных мест на выходе с Белой Церкви.



Первая стоянка возле села Шкаровки запомнилась мне лично вечерними посиделками, необыкновенно красивым рассветом и укусом какого то насекомого, которое присело на меня полюбопытствовать, а я так страстно прижала его к себе, что след от укуса остался, как от плотоядного. Вот тут то в дело и пошла моя аптечка, в которой было высокоэффективное средство после укусов. Рекомендую брать с собой непременно. Следующие одиннадцать километров пути шли не спеша, бессовестно наслаждаясь отдыхом, купались чуть ли не на каждом приличном пляже, который нам встречался. В течение дня были и обносы, и завалы, и просто очень живописные участки реки. А под конец дня все это сосредоточилось в одном месте.

Есть некоторая полезность в речных завалах. В районе села Томиловка речка Рось перекрыта сложным завалом, который к тому же зарос камышом. Стихийная плотина пропускает воду в полном объеме, но задерживает все случайно попавшее в реку. После фильтра из тростника и камыша вода приобретает более приличный вид. До этого места увиденное за бортом мы называли бульоном. Хотя на мой взгляд правильно приготовленный бульон имеет меньше включений, прозрачный, жирная пленка куда меньше. По-моему это больше походило на солянку.

Да вернемся к нашему путешествию, которое вынуждено было прерваться, так как сил хватило только на то чтобы выгрузиться на берег по густым зарослям низкорослой режущей осоки. Кто поленился надеть длинную одежду, был тут же исполосован и вызывал сострадание.

Завал образовался на резком повороте реки, и мы разбили лагерь на самой макушке прямоугольного берега, откуда равномерно растекалась равнина, вдалеке переходя в горы местного масштаба. Казалось мы в предгорье Карпат. Одинокий холм в начале гряды резко возвышавшийся над местностью, кроме поразительно контрастной высоты имел красивые очертания и под стать всему остальному, яркий зеленый покров.. У подножья разметалось село. На все это ложился тихий летний вечер. Воздух пьянил запахом чабреца.

Я, лениво поставив палатку и полюбовавшись на дежурных, занявшихся приготовлением ужина, предвкушая душевный вечер у костра с гитарой, кинув полотенце на плечо, иду искать место для купанья. Желающих искупаться больше не находится. Справа от лагеря мальчишки лет двенадцати прыгают с берега в воду. Не находя в этом ничего привлекательного, иду влево вдоль русла, надеясь найти песчаный вход в воду. Радуюсь смеху и пляжному шуму, доносящемуся из-за деревьев. Но снова и снова обнаруживаю что люди купаются на противоположном берегу . С моей стороны обрывистый высокий берег..

Отойдя на приличное расстояние от лагеря и ни найдя подходящего спуска к воде, решаю осмотреть место, где купается местная детвора. В памяти всплывает прочитанное в Интернете. Какой то знаток настойчиво рекомендует учитывать сложный берег и прыгать в воду на Роси в том месте, где это делают местные жители. Подходя к местным ребятам, разогретая ходьбой и искусанная летающей братией, я уже ничего не хочу осматривать. Войти в воду, обалдеть от прохлады, смыть пыль дорог было мое единственное желание. Немножко смущена резким спуском, скатываюсь по скользкой белой глине прямо в темную холодную воду, которую детвора своими прыжками подняла с глубины.

Радости нет предела. Мальчишки, оглушенные бесконечными прыжками, не мешают, а переплывают отдохнуть и погреется на противоположный берег. Наплававшись до изнеможения, соскучившись по лагерю, приближаюсь к берегу и онемеваю….
Берега, как такового нет. Весь этот скользкий глиняный обрыв заканчивается каким то дивным каменным козырьком на уровне воды по обе стороны от меня. Подплываю к козырьку, хватаюсь, пробую ногами зацепиться, за что-нибудь и оттолкнутся, но камень настолько скользкий, что сразу уходит с моих рук. Странно, я не нахожу вокруг никакой твердыни, только воду. Внутри все холодеет.

Понимая, что я уставшая и сил держаться на воде у меня надолго не хватит, начинаю паниковать. Остатки мыслей в голове подсказывают мне вспомнить, как выходили сельские ребята из воды. Они как-то цеплялись за одинокий кустик травы. Подплываю, цепляюсь, но могу так только держаться на плаву, по-прежнему не хватает точки опоры, чтобы оттолкнутся.

Один паренек , видя что я как бы покидаю воду и освобождаю место для прыжков, переплывает речку и по кустику проворно выскакивает из воды. Воодушевленная, молясь за здоровье этих трех былинок, хватаюсь за них, в исступлении помогая всеми частями тела, каким то чудом закрепляюсь на берегу и потихоньку наращиваю на нем свое присутствие. Да… Такой небольшой, потрепанный кустик живучей болотной травы, но помнить буду я его очень долго….

Почувствовав под собою упор, вскакиваю на ноги и уже не замечая нескольких метров отвесного подъема, вылетаю на верх. Потихоньку прихожу в себя. Осматривая саднящие на руках ногти, обнаруживаю под ними крошки камня. Ничего себе, вот это был зацеп. Потом смотрю на речку и понимаю, то если бы я попусту не потеряла силы, можно б было переплыть речку и выйти на противоположный берег. А вообще надо всегда соизмерять свои силы и возможности. Уставшая и подавленная возвращаюсь в лагерь. Больше я в одиночку в незнакомом месте купаться не буду….

Зато как весело и с каким удовольствием в тот вечер, и на следующий день перед отплытием мы купались в отфильтрованной водичке сразу за завалом. Заходить приходилось, погружаясь в ил по колени, но все компенсировалось плаваньем под кроной роскошной вербы и не привычно чистой водой. Сам вечер прошел в приятных и интересных разговорах, гитара звенела в унисон нашему настроению, а барды радовали своим творчеством. Только сильная усталость от перенасыщенного дня заставила нас разойтись по палаткам. Да, еще был богатый и обалденно вкусный ужин. Достойное окончание второго дня активного отдыха.

Весь следующий день Рось развивается в задиристую, порожистую речку, но уровень воды маловат. Берега ассиметричны, часто неприступны с одной стороны. В районе Пугачевки очень красивые и необычные места.



Но в то же время и множество ловушек типа тросов возле мостов, в районе населенных пунктов не высоко проходящих над водой проводов, заставляющих сушить весла и т.д. Стать на стоянку пришлось в месте, похожем на водопой, так как сложно найти хорош выход на берег. Утром я приятно удивляюсь, когда обнаруживаю, что мы стоим на маковом поле. С этого дня мы решаем вставать до рассвета, поскольку становится жаль тратить время на сон.



Проходя село Остров, устраиваем веселые катания на порожке с небольшим перепадом. Бывалые проводят тренинг на разные случаи водной жизни .Мне нравится бросать спасконец и хочется реальной ситуации по спасработам, но меня никто не радует такой возможностью. Народ достал далеко спрятанную цифровую технику и мы много фотографируемся с невероятно мужественными лицами. Стараемся попасть в кадр на фоне бушующей яростной воды. Но перепад до полуметра, а стадо коров не далеко от нас, портят весь ракурс. Что интересно, на действительно опасных и интересных участках у нас нет фотографий. В таких местах мы меньше всего думали об этом. Уставшие от бесконечного переноса байдарки вверх по течению, но довольные, уходим дальше. Видимо на коров мы производим хорошее впечатление, и они не устраивают корриды, когда пять байдарок лавируют между ними, только доброжелательно и любопытно поворачивают рогатые мордочки нам вслед.

Река Рось не утомляет однообразием, она насколько разная ,что то что мы видим , напоминает калейдоскоп. В этом я вижу свое везение, потому что скоро все эти пороги меня начинают «кумарить».



То их обносишь, то проводишь, вода вредно низкая и проходимые пороги встречаются не часто. Хотя и сплавится в половодье я, честно сказать, не готова. Местами норов у реки достаточно крутой. Между Синявой и Ракитным зацепляемся за непроходимый порог и теряем массу времени на обнос. Над порогом нависает железобетонный мост, который в это время активно ремонтируют. На этом месте мы проводим много времени, настолько много, что нас застает сильный ливень.



Но к этому времени мы уже упакованы.

В то время, когда в Сумах нет ни капли дождя и жара достигает сорока градусов, мы, попавши под грозовой дождь ,замерзаем до безобразия. Ситуацию спасает сначала адмирал ,который откуда то достает газовую горелку , вино, специи, что то еще и готовит такой восхитительный грог, что его вкус и аромат преследует меня до сих пор. Несколько глотков и я возвращаюсь к жизни. Несказанно радуют и розовые щечки моих товарищей.

А «пионерский» костер, разведенный под проливным дождем нашим костровым , приводит нас в полный порядок. Только стихия успокаивается, мы отправляемся в путь. Места определенно нам нравятся, и мы зависаем на дневку всего через четыре километра после Ракитного. Единственно, что плохо, началась зона змей. Место стоянки сдают нам с рук в руки автомобильные « туристы», прямо с горящим костром. Не подумайте, все добровольно. Тут я получаю небольшой урок, когда наш костровой убирает горящий костер, санирует кострище ,и разводит свой огонек. Очень-очень правильно. Следующий день – сплошное удовольствие. Каждый занят интересным делом. Мы же налегке отправляемся за продуктами и водой в Синяву. Особой необходимости нет, но посидеть в «джакузи» очень хочется. Покупаем домашнюю ряженку, молоко ,яйца ,очень вкусный белый хлеб, что то еще, валяемся в «джакузи» и по возвращению в лагерь ,устраиваем праздничный ужин.
Всю ночь через речку в кошарах блеют овцы. Меня это немного беспокоит, голодны, что ли!?

Поутру сворачиваем лагерь и становимся на воду. Так как не все загрузились, ожидаем неподалеку под берегом. И тут я вижу в камышах закручены бубликом бараньи рога, а приблизившись, и мордашку тонущего барана. Завидев нас, он с надеждой со всей силы блеет.

Так вот почему так неспокойно было всю ночь на ферме. Но где же овчар!? Я порываюсь помочь, но в байдарке я не сама. И мое желание не разделяют. Да и с рядышком стоящей байдарки советует не трогать барана, потому как если подоспеет пастух и увидит это, может обвинить нас в нехорошем умысле. Но как же не вмешиваться, если гибнет живая душа. Я призываю всех вмешаться и помочь. А там как будет. Мне возражают. Сама в тайне надеюсь увидеть овчара, и на чем свет стоит выругать за плохой присмотр скота. К счастью барана и моему огромному утешению, две последние байдарки, ставшие на воду, подходят к барану. Один человек берет его за рога, а второй гребет к берегу. Спасенное животное, почувствовав под собой землю, выскакивает на высокий берег, несколько раз что то по-бараньи кричит и со всей прыти удирает к своим товарищам. Я от облегчения готова заплакать.

Днем температура воздуха поднимается до рекордных значений. Нам постоянно встречаются прекрасные пляжи, и мы много купаемся. Что примечательно, каждый раз характер воды меняется. То речка мелкая и быстрая, то глубокая и спокойная, то камни и валуны. Мой капитан замечает на воде летучую мышь, берет на весло и высаживает на ветку вербы. Оказывается, большинство летучих мышей взлетают исключительно из подвешенного состояния. Взлетать по-другому умеют только рыбоядные летучие мыши и мыши – вампиры.

Время от времени мы потихоньку подкрадываемся к байдарке нашего наименьшего водника-Маши и слушаем , как отец рассказывает ей сказки, стихи, всякую полезную информацию. Иногда Маша подпевает или поет песни. Так проходит день.
Солнце ускоряет свой свободный бег по небосклону в сторону заката. После знойного дня воздух потихоньку остывает, и кажется, становится более прозрачным. Все вокруг приобретает огненные оттенки. Речная гладь больше не отражает слепящие лучи. Вечереет.

Поснимав солнцезащитные очки и наслаждаясь прохладой, команда дружно со все возрастающим интересом всматривается в линию берега в поисках подходящего места для ночевки. Давно начавшийся день утомил, да и в голове все чаще всплывают мысли в кулинарном оформлении, хотя и тут же изгоняются - всему свое время. Роскошный вид соснового леса, то тут то там подходящего к самой воде, гранитные камни – валуны, отшлифованные временем и колоритно сходящие с берега в воду захватывают дух и заставляют приналечь на весла, чтобы увидеть что же будет за следующим поворотом реки . И вот сосновый лес , воткнувшийся песчаным пляжем в прохладную чистую речку за очередным поворотом заставляет нас выйти на берег, а потом и начать разгружать байдарки, так как место для стоянки не вызывает сомнений. Хотя цивилизация и напоминает о себе удаленным шумом автострады и присутствием пляжников на машине.

Адмирал, быстро избалованный курортными местами, решает пройти несколько вперед по реке и убедиться в правильности нашего выбора. Звонок по сотовой сообщает нам, что есть места и получше. Будучи командой высокоорганизованной, мы тут же подчиняемся мнению адмирала, и загрузив привычным образом байдарки, выходим в путь, как мы думаем - уже не надолго.

Как уже было сказано - вечерело. Солнце вовсю покатилось к закату. Потихоньку берег начал скрываться в сумеречной дымке, да и интерес к нему пропадал, куда интереснее было увидеть адмирала на красивой уютной стоянке или хотя бы уже какой-нибудь. Уставшее воображение рисовало к увиденному вдалеке костровому дымку адмирала, кропотливо готовящего плов к нашему прибытию. Вездесущие до этого рыбаки давно перестали встречаться даже на лодках. За очередной петлей реки, по обе стороны, плотной бамбуковой рощей над нами возвышается все тот же тростник. Ветер треплет его воздушные метелки, открывая нашему взору бесконечные тростниковые заросли. Очаровательные семейки диких уток, постоянно встречающиеся на пути, явно нам удивлены. Скорее всего, людей до этого они не видели. Находясь в первой байдарке, ко мне начинают закрадываться сомнения, а не сбились ли мы с пути и не проскочили ли мы мимо адмиральской ярко-лимонной Авось.

Никогда раньше не видя плавней, я начинаю понимать, что бесконечно петляющая в тростниково-камышовых зарослях речка и есть плавни. Высадиться на берег, отдохнуть, покушать, размяться, достать фонарик и т.д. нельзя.
Можно только грести вперед или назад. Назад водники по традиции не ходят. Значит вперед. Карамельки заменяют ужин, а новизна впечатлений от невероятно красивых плавней на закате открывает дополнительные мои возможности.

Увиденное бесконечно восхищает.

Вдоль русла на фоне как бы небрежно расчесанных камышей в фантастическом зареве заходящего солнца растут абсолютно белоснежные лилии. Поскольку просмотр лилий у нас запоздалый, вид у них несколько сонный. Поэтому я особенно радуюсь каждому открытому цветку и стараюсь подобраться поближе, чтобы рассмотреть и желтенькие пестики и тычинки.



Не остается к происходящему равнодушным и капитан. Он высказывает свое мнение о каждой лилии отдельно и обо всех лилиях вместе, хотя мне кажется, что раньше он их любил больше. Наконец то из-за поворота навстречу нам предвестником берега дрейфует рыбак-лодочник. Наши руки работают уже как то сами по себе и через какое то не поддающееся подсчету время мы выгребаемся на открытую воду . Сказка подходит к концу. Еще усилие и мы уже подходим к причаленной байдарке адмирала. Это единственное место стоянки до плотины.

Выбора нет. И хотя тяжесть усталости давит на мои плечи - становится очень грустно - неизвестно увижу ли я, переживу ли я что-нибудь подобное в своей жизни еще…

Перед нами простирается большой заливной луг, если судить по оставленным следам, регулярно посещаемый стадом коров. Луг упирается в склон, укрытый лиственным лесом.

Рассыпавшись по лугу в поисках ровного места для палаток, встречаем паренька лет десяти. Налобная повязка косичкою, светлые вьющиеся волосы , свободная одежда и уверенная манера поведения на мгновение создают иллюзию ,что сейчас нашему взору откроется древнее поселение времен Киевской Руси. Я в разговоре не участвую, просто слушаю его и наслаждаюсь певучим произношением слов.

В это время солнце для нас уже спряталось за гору, но небо еще подсвечивает, краски играют с такой силой ,что я все бросаю, беру свой пленочный фотоаппарат и сразу расходую половину пленки. Народ неодобрительно качает головами, ничего у тебя не получится, уж больно темно . А жаль! Я вижу в кадре на переднем плане вечерний цветущий луг, наложенный на терракотовый фон водной глади, а над водой в небе редкие облака немыслимых оттенков в последних лучах солнца.



Бедноват мой лексикон ,чтобы описать словами все и слабоват мой фотоаппарат, чтобы мне помочь в этом. Мимо пробегает парень и девушка , весело заговорив со мной мелодичною украинскою «мовою». Я пробую так же ответить. Долго сижу на берегу реки, думая о том, что истинна Украина, она здесь. И она как магнитом , держит всех нас вместе. Так и должно быть, ведь рядом столица, а ветер поднявший рябь на воде, возможно только что гулял по Выграевскому лесу, на родине Т.Г.Шевченка, совсем недалеко отсюда. Усталость как рукой снимает, а кушать не хочется вообще. Наконец ночь и комары загоняют в палатку. Прожит день, каждая минута которого запомнится мне на всю жизнь. Адмирал извелся, приглашая всех на ужин. Его превосходный сытный плов мы употребили с благодарностью на завтрак.

На следующий день привычка вставать рано помогла нам убраться с луга вовремя и с достоинством, потому как нас его лишить могли прибывшие по утру на пастбище коровы. Загружаться пришлось нам на пляже, куда летнее утро уже успело загнать местных купальщиков. Наша команда плотно перемешалась с местными жителями, последний раз купаясь и рассаживаясь по местам. Детвора, попавши в воду, веселится вовсю . Чья то бабушка призывает далеко не заплывать, потому как нырять она не умеет. Глядя, как дети резвятся на воде, я предполагаю, что нырять бабушке все же придется. Слова на детей не действуют. С нами радостно и с удовольствием прощаются. Пляж маленький, и мы все друг другу всячески мешаем.

Сегодня у нас великий день, мы подходим к Богуславу.

Пройдя совсем немного по воде, мы видим красиво оформленные купола церкви. Фотографируемся и направляемся к плотине в Дыбицах.

Обычная плотина, привычный обнос, немножко воды и вот байдарка за байдаркой, хитро пробираясь между подводными камнями и под навесными мостами за нашим предводителем , мы входим в Богуслав. Город встречает нас переполненными пляжами и ГЕС.



Согласно лоции мы находим обводной канал и входим в него. Искусственные берега и быстрое течение навевает мне желание подготовиться к испытаниям судьбы. Почему-то я старательно обуваю кеды и надежно их шнурую. Вот оно – настоящее! Первым в канал входит байдарка Славы Кобзаря, который сообщает идущим за ним малейшие тонкости прохождения водных сооружений и препятствий. Первое же испытание дает понять мне, что кеды мне помогут не везде.

Прямо на быстрине поперек течения немного выше любой байдарки монолитом висит заслонка на взгляд из очень тяжелых металлов или бетонов, или чего-то еще. Важно, что есть все-таки зазор и можно попробовать пройти без обноса. Скажу сразу, в таком деле кеды бесполезны, куда важнее как вы питались в последнее время ,ведь надо сложиться небывало. Режим питания предыдущего дня в плавнях нам помог и все пять байдарок под заслонкой прошли нормально, только слышны были стоны тех, кто решил отклониться назад и протискивал себя по частям между байдаркой и висящей неумолимой глыбой, одновременно сопротивляясь течению.

Я сложилась вдвое и практически не дыша, прошла беспрепятственно, но посмотреть на капитана не решилась, так как складываться он не захотел и сильно кряхтел, делая какие то замысловатые гимнастические движения.

Немного ходу и мы упираемся в ГЕС. Подхожу в порядке очереди к берегу, мгновенно очищенному от камней нашим силачом Валерой.

Заговорившись с бабулькой, пришедшей промышлять рыбу прямо на месте нашей высадки и не понимающей, куда делись ее любимые камни, я неожиданно чувствую легкое неприятное головокружение. Проходит несколько секунд, пока начинаю понимать, что поднимается уровень воды и все вокруг колеблется в своем собственном ритме. Привычная ко всему рыбачка тоже отходит от воды . На ГЕС идут какие то свои процессы. Рыбалка не задалась…

По крутым склонам переносим все имущество к месту предполагаемого спуска на воду. Я прыгаю с камушка на камушек вниз по тропе и представляю, как в свое время это делала Маруся Богуславка, в вышитой крестиком домотканой сорочке, с дукачами на шее и с красной лентой в косе. Добрые хорошие люди живут в Богуславе и список знаменитых людей, ее земляков, я думаю, будет еще пополнятся. Очень хотелось пройтись по улицам, посетить исторические места, но времени на это уже не было. Пора обустраиваться на ночь. А для этого надо выйти через Богуславские пороги за черту города. Снарядились мы на это мероприятие под конец дня .

Так как большая часть пути была уже пройдена и не один порожек мы хорошо обкатали , это давало нам смелость продолжить наш вечерний путь без особых мер предосторожности. Осмотрели участок сразу за ГЕС, по очереди стали на воду, да и пошли. Так как высокий пилотаж нам с капитаном чужд, а вода быстрая, мы не мудрствуем лукаво, а просто ставим байдарку в створ на течение и проходим первый каменистый участок , подкорректированный работящими руками каякеров и имеющий вид змейки, а потом не большую шиверу, особо ни чем не развлекая зрителей на пляже, против которого нам приходится затормозить, потому что дальше течение еще больше ускоряется и начинается порог Шум.

Места, где существовала опасность оказаться в воде или повредить байдарки, проходились плотной группой по строго заведенному порядку. Первыми проходили самые опытные и непотопляемые , читая воду, делились приобретаемым опытом с идущими следом . Все было построено на очередности , подстраховке и взаимовыручке. Интуитивно чувствую, что оживившийся загоревший народ, на пляже против нас и ниже за Шумом , рассчитывает на зрелище. Появляется мысль, что не плохо было бы осмотреть порог с берега, да не легкое дело выйти на берег с байдарки с туристической выкладкой.

Оттуда, где мы стояли, видны были впереди сидящие на камнях мужчина и женщина в самом узком и быстром месте реки. Сползать с любимых камней они явно не собирались, не видя для себя угрозы или рассчитывая на то, что мы их обнесем , как Богуславскую ГЕС. Но когда первая байдарка поравнялась с ними, к нам донеслись истошные женские вопли и сквернословие. С нашего места причины так вопить не проглядывалось. Видимо просто был нарушен их покой, поэтому я возмутилась такому всплеску агрессии, и решив что нам здесь не рады, насторожено ожидала что будет дальше.

По поводу происходящего дальше можно сказать так - не важно, что мы видим, важно, как мы к этому относимся.

Пока рассматривала молодого человека, довольно симпатичного , карабкающегося на камень рядом с нами, на порог пошла следующая байдарка. Когда я снова нашла глазами наших ребят, увидела неожиданную картину - мужчина, сидевший рядом с женщиной на пороге, таскает нашу вторую байдарку за нос, стараясь поднять повыше. Мне бы такую реакцию, например, когда надо табанить. Не пробуя разобраться в намерениях мужчины, решив, что он имеет мотив заступится за женщину и вытряхивает наших с байдарки, совершенно не беря во внимание то, что наш человек достаточно могучий чтобы свернуть обидчика в бараний рог, я хватаюсь за весло, воинственно кричу и гребу к ним изо всех сил.

Капитан спокойно сидевший у меня за спиной и не знавший что делается в моей душе, от всего происходящего просто ошалел и не сразу определился, что надо делать - также орать и нестись вперед или грести назад. Но молодой мужчина возле нас на камне, сразу понял мои намерения. Собственно, я их и не скрывала. Его крик: «Остановитесь, никто вас здесь не собирается обижать, он помогает снять байдарку с камня» мною был услышан за секунду до того, как нас необратимо подхватит мощное течение. Я сразу затормозила, а капитан начал выгребать на спокойную воду. Народ на берегу приободрился. Представляю, как бы было неожиданно для человека, помогшего снятся с камня, получить веслом по голове. Глядя на одинокую голову над водой, других фантазий у меня не возникало. Стало как-то неловко.

Уже две байдарки накопились слева за Шумом, экипажи что-то нам кричат и показывают знаки. Пора! Достаточно натоптавшись в улово, втыкаемся в течение , аккуратно проходим шиверу, потом сам порог, и тут оказавшись в сливе после порога я со всей мочи гребу вперед, воспрянув духом и желая разогнать байдарку посильнее. Ведь перед нами безопасный на первый взгляд участок, видимых камней нет.

То, что происходит дальше, вводит меня в глубочайшее смятение и растерянность. Видя, как мы, азартно работая веслами и не внимая никаким знакам, несемся прямо на опасные подводные камни, байдарка Славы и Иры Кобзарь быстро перемещается и останавливается, отсекая собою опасное место и показывая необходимость поворота. Не имея достаточно опыта на такие проделки и от неожиданности вообще прекратив работать, сложив две скорости - течения и собственную, мой экипаж, дружно клацнув зубами , влетает в борт Кобзарей, оставляя на обшивке «тормозной путь» в виде разрыва сантиметров тридцати. Слава по джентельменски отводит от меня взгляд, хотя я успеваю заметить, что ему хочется что-то сказать, делает довольно сдержанное замечание капитану и как то спешит удалиться, потому что мы тут же проводим, как нам кажется, крайне необходимые маневры, видимо завершая нашу хитрую схему движения. Люди на пляже разочаровано от нас отворачиваются и начинают заниматься своими делами. А мы с глубочайшим чувством позора, но целы и невредимы, уходим подальше от всех.

Надо же, столько эмоций выплеснулось из-за нескольких подводных камней, сам порог следа в памяти не оставил.

В последствии если народ видел, что мы беремся за весла, старался не попадаться нам на пути и отходил подальше, да и проскочить перед нами попыток было меньше.

В тот сложный день вечером меня посвятили в мир жестов и знаков, которые надо знать воднику: камень слева, камень справа и т.д. А капитану моей байдарки кто-то пообещал якорь.

Остановились мы для ночлега на поляне у гранитного карьера . Так как вокруг и без нас кипела жизнь: без конца что то проползало, пролетало и т. д., меня бесконечно радовала почти белая ночь. Но в памяти не осталось, была ли это полная луна или светился -фонил наш сосед . По утру обнаружилась невиданная доселе бабочка на палатке, но свернутых колечек не было нигде в лагере. Все тщательно проверили, вкусно позавтракали и поспешили убраться оттуда.
По пути на Хохитву каменистое русло реки постоянно напрягало внимание, а чрезмерная осторожность ,навалившаяся на мой экипаж после Шума, заставляла делать проводки даже там ,где это было не обязательно. В одном нагромождении больших камней мою ногу сильным течением затянуло между валунов так, что я готова была уже звать на помощь, но одолев панику, выбралась сама.

Такие моменты напоминали о категории речки и придавали перчика сплаву. Каждый камушек, каждый кустик цветов или разнотравья создавали такие неповторимые композиции, что непреодолимое желание без конца все фотографировать уже было просто неуместно. Да и самые удачные кадры все равно не передавали всей прелести природы. Низководье начало утомлять, поэтому останавливаться на дневку в Хохитве не было желания. Вволю нагулявшись по знаному и любимому многими острову, мы ушли дальше для поиска уединенного места.



Наслаждение неимоверное скользить по воде именно на байдарке, чувствуя, как тебя нежно как будто бы из рук в руки и немножко убаюкивая, волны передают куда ты пожелаешь. После нескольких дней пути равномерная гребля приятно нагружает мышцы, я радуюсь возможности все это видеть, погружаюсь в состояние спокойного счастья и тихонечко что-то напеваю. Начинает моросить дождик, но настроение от этого не меняется.

А вот и добрые люди – рыбаки тормозят нас, чтобы предложить рыбы на уху, рассказывают, где нам удобно будет остановиться. Выбираем обустроенную стоянку, за лагерем возвышенности, заросшие сосновым лесом с вкраплениями абрикосовых насаждений. Все это с одной стороны обрамлено смешанным подлеском, переходящим в поля .С другой стороны через речку открывается вид на бесконечные луга, холмы, вдалеке виднеется ферма. Утром и вечером ветер доносит голос пастуха. Как выяснилось на следующий день, желтые абрикосы обычные, а белые абрикосы невероятно вкусные и абсолютно не волокнистые. Но тут главное мера, что, к сожалению доступно не каждому.

Но дневку во фруктовом рае я провела не собирая абрикосы или груши, а самым неожиданным образом…

Еще несколько дней назад, во второй приход в Ракитное за провиантом, я обратила внимание , как два молодых человека похоже друзья , проворно ловили рыбу в бурной воде. Не удержалась, подошла поближе и неприятно удивилась. Ведь я только что покинула так называемое «джакузи», где провела не меньше часа и где меня время от времени что то покусывало. И что я вижу! К моему ужасу рыбаки, поднимая со дна небольшие камушки, снимают с них что-то среднее между пиявкой и головастиком и наживляют на крючок. Выходит камни то живые. Несколько ловких движений и рыбка плещется в садке.

Тогда один паренек подарил мне несколько крючков, лески, обстоятельно рассказал, как сделать удочку. Время стерло имя, но с его легкой руки я и провела этот незабываемый день.

Снастей изначально никто не брал, из-за и так большого груза. Но когда уже есть речка, время, крючки, и леска - грешно сидеть сложа руки. Слава сделал симпатичную удочку и решил опробовать ее. На крючок тут же поймалась небольшая красноперка, которую он мне предложил снять. Мои руки трепыхались не меньше чем рыбка и ни как не могли с ней встретиться. И когда я спотыкаясь и метаясь по берегу сняла рыбку, от пережитого она по моему была уже неживая и пакетик с водой ей был ни к чему. Тут то и стало все понятно - это первая рыбалка в моей жизни. Но я стояла на своем: забросьте меня по воде на то место, где мы встретили тех рыбаков. Добрые люди Слава и Ира так и сделали. Там где Рось резко поворачивала влево, у подножья небольшой кручи стояла удобная скамейка, на которую можно было присесть, забросив удочку. Если слева, справа были камышово- тростниковые непроходимые заросли, то прямо перед лавочкой был метровый песчаный обрывчик над заводью, в которой росли всякие водоросли, но больше всего было кувшинок. Не поверите, но и вокруг скамейки росли разные цветы, с известных мне большие и мелкие синие колокольчики. Если на верху кручи были сосны, то все что ниже было покрыто молодой разнообразной порослью, дающей приятную тень.

Я насколько была увлечена происходящим, что не могу однозначно сказать – был пасмурный или ясный день. Перед отплытием Слава ткнул мне в руку наживку – хлеб, к счастью не червячков. Я с деловитым видом взяла в одну руку удочку, подтянула леску с крючком, в другую хлеб, скатала зернышко, наживила, забросила и тут началось…

Похоже это было постоянное место тусовки молодняка красноперки. Клевало чуть ли не на лету, если хватало ума подсечь, то дело было сделано. Основное время уходило на то, чтобы найти в окружающей среде, то что выдергивала с речки. Я это делала с таким азартом, что рыбешки пролетали высоко надо мною и падали в траву за скамейкой. Очень помогало удилище. Часто поиски затягивались, и я понимала всю нелогичность своего положения спиной к речке, но поиски в траве были такие же увлекательные. Если рыба заглатывала сильно глубоко крючок, я пребывала почти в полуобморочном состоянии и очень хотела оттуда уехать. Но посмотрев улов, тут же забрасывала удочку снова, хоть и чувствовала себя душегубкой. Не понимаю, почему рыбаки стоят над своими удами, как вкопанные. У меня кипела напряженная работа. К тому же постоянно приходилось вытаскивать крючок из самых разных и неожиданных мест.

Амплитуда поражения колебалась от удаленного кустика травы, в который если попадал крючок, то леска успевала еще обмотаться вокруг стебля двадцать два раза, до собственных рук и ног, одежды. Часто это превращалось в затяжную борьбу - вытянутый крючок с одного пальца тут же вонзался в соседний. По прошествии некоторого времени ко мне подплыли с лагеря, поинтересовались моими делами, забрали улов и уплыли. Возвращаться в лагерь я пока не хотела. Но тут вдруг выяснился тот факт, что наживка моя заканчивается, Вскоре остатки хлеба высохли и не наживлялись. Зная точно, что безвыходных ситуаций не бывает, с интересом изучаю фауну вокруг себя. Решив, что стрекозу легко поймать, и она должна соблазнить рыбу, начинаю с нее. Потом в ход пошло все, что было не противно взять в руки и могла проглотить рыба. Сколько ушло рыбин, сорвавшись, я не считала.

Но от моих тяжких стонов красноперка уходила подальше от берега и не сразу возвращалась. Предполагаю, что всему виной крючок небольших размеров. Подсак бы мне не сумел помочь. Временами громкие всплески большой рыбы даже пугали. Очень хотелось в этот момент иметь в руках снасти посерьезней. Правда что бы я ними делала, не знаю. Мои скачки по берегу за наживкой надоели рыбе и она клевала все реже и реже. Наконец принимаю волевое решение возвращаться. Начинаю всматриваться в далекий мостик возле нашего лагеря и вижу чей то неподвижный силуэт. Замечательно, значит, лагерь выставил дозорного, на тот случай если я захочу домой. Возращение мое не обговаривали, поэтому я в произвольной форме машу руками. К моему удивлению фигура никак на меня не реагирует. Это заставляет задуматься, в чем дело? Ну конечно, так точно я вела себя, когда ловила рыбу.

Нахлынувшее одиночество разрушает радостное воспоминание – сегодня мое дежурство. Чувство голода напомнит лагерю обо мне. А пока бодро осматриваюсь и решаю поискать маслят наверху. Выбраться на кручу не легко, но все же удается. Высоченные гордоватые сосны, трава до пояса впечатляют, грибов не видно.

Всматриваясь в траву, захожу глубже в лес. Лесок небольшой да какой-то нехоженый. В воздухе чувствуется некая настороженность, появляется ощущение, что на меня кто-то смотрит, становиться жутко .Рассуждая ,кто бы это мог быть, я быстро нахожу свой след и быстро спускаюсь к привычному месту у реки. Обратная дорога занимает на удивление совсем немного времени.

Моим отсутствием заинтересовались в лагере, и я пережила радостные минуты, видя плывущую ко мне лодку. Как потом выяснилось, не было никакого дозорного. Это Слава сделал еще одну удочку и удил рыбу на мостике возле лагеря. А когда у меня спросили, почему я не купалась в таком красивом месте, с большим удивлением осознала - я насколько была увлечена рыбной ловлей, что забыла обо всем на свете.



Девчонки прогулялись по окрестностям и вернулись к ужину с грушами, яблоками. Абрикос набрали еще днем. Ароматный кисло-сладкий фруктовый компот получился похожим на нектар и очень пригодился на следующий день в пути. Дневка заканчивается песнями у костра.

Я, сломавшись, ухожу немного отдохнуть и случайно засыпаю. С трудом проснувшись утром, радуюсь трудолюбию напарника, помогаю ему с завтраком, и сдав дежурство, готовлюсь к отплытию. Ставя байдарки на воду, сразу надеваем солнцезащитные очки - вода слепит, искрясь отраженными лучами. Безоблачное небо предвещает хороший день.



Гребок за гребком, потихонечку выходим на большую воду. Встречный ветерок не обещает нам легкой жизни. Рось сегодня яркая, украшенная открытыми белоснежными лилиями, которые в тихих заводях полностью закрывают водную гладь, а вдоль русла множеством маленьких солнышек смотрят на солнце , радуясь ясному дню.



Вдоль нарядной как невеста реки по холмам правобережья живописная картинка - то березовая роща пробежит, то хвойный лесок подойдет к самой воде, то поля с цветущим подсолнухом покажутся и тут же спрячутся за горизонт. Слева сплошной смешанный лес подходит к самой воде и тянется вдоль реки на многие километры. Уникальный бук и граб на холмах перемежается с сосновыми посадками, дубравами, другими лиственными деревьями в низменностях.

Это Выграевкий лес. Вскоре берега удаляются так, что я с опаской смотрю на Таймень, не случится ли с ней чего, до берега ой, как далеко. Потом со всех сил налегаю на весла.

Мой капитан мне вторит. Ветер гонит навстречу нам волны, а мы на полной своей скорости, рассекаем их одну за другой, оставляя за собою шлейф расходящихся в разные стороны потоков взъерошенной речной воды. Бесконечное чувство свободы, как в свободном падении, приводит меня в состояние эйфории, я не собираюсь сбрасывать темп и с восторгом смотрю, как две стихии, вода и ветер, смешавшись в едином порыве, набрасываются на нас и с брызгами разлетаются. Слышу, как капитан прозаично ворчит: «Что за гребля такая!», и кого-то просит: «пристрелите меня». Но дело делает.

По истечении некоторого времени, высаживаемся на монолитный каменный берег отдохнуть и искупятся, не подозревая, что нас там ждет осиная засада. Купаемся, кушаем сами, кормим ос, и не дожидаясь благодарности, становимся снова на воду. Задобренные насекомые отпускают нас с миром.



Следующую остановку делаем возле речного причала базы отдыха. Судя по ухоженной территории, спортивной площадке, а самое главное, корту с прекрасным покрытием, место отдыха элитное. Мужчина, встретивший нас у причала и женщина с книжкой на кресле – качалке у деревянного домика, это все, кого мы там видели. Похоже, нам оказали такую любезность, приняв на своей территории, чтобы внести разнообразие в свой отдых.

Странно видеть в таком красивом и удобном месте в разгар лета всего двух человек. Не задерживаясь, уходим дальше. По ходу видим в самых живописных местах особняки. Заборы вокруг них втыкаются прямо в реку. Наш народ восстанавливает справедливость, забросив длинные удочки из-за заборов прямо на воду перед домами. И смех, и слезы.

Мало помалу картинка за бортом меняется. Линия раздела двух сред, воды и суши, приобретает вид нагромождений скальной породы. Интересно наблюдать, как на этом каменном хаосе, то тут, то там, будто ласточкины гнезда, стоят домики. Зачастую к воде ведет очень рискованный каменистый спуск. К небольшому настилу на воде непременно привязаны одна, две лодочки. Неспешно дрейфуем, рассматривая все вокруг. Места уникальные. Упираемся в плотину Стебловской ГЕС.

Без потерь выходим на скалистый берег, начинаем трудный обнос. Осматриваем гидросооружение, читаем памятную табличку. Возможно , мы что-то не поняли, но количество электроэнергии, вырабатываемое ГЕС, не впечатляет. Конечно, в век атомных электростанций, гидроэлектростанции уходят на второй план. Но , как мы уже знаем ,альтернатива атомным электростанциям тоже нужна. Я с грустью смотрю на творение рук человеческих, и мечтаю о том, чтобы оно в одно мгновение исчезло, оставив то, что создала природа, в нетронутом виде. Не верю, что где-то на Украине есть еще похожее место. Уникальный водопад, создался в драматический период развития земли, когда тектонические плиты, не выдержав невероятного давления друг на друга, поднялись в верхний слой, создав каскад камней и обнажив себя для обозрения. Честно сказать, как образовалась эта возвышенность, я сочинила сама, когда рассматривала гранитные волны вокруг водопада.

Как все было на самом деле, скорее всего никто не знает.

Обнос настолько тяжелый, что я в конечном итоге падаю в траву на каменистом склоне и начинаю сторожить байдарки. Вскоре ко мне присоединяется Ира, мы неспешно разговариваем, вдыхая приятный сладкий запах шалфея, который здесь цветет в большом изобилии. Именно в таких ситуациях наилучшим образом проявляется мужское начало. Пока инь валяется в траве, ян переносит весь груз в заводь. Участок от заводи до стоянки в сосновом бору не хочется вспоминать. А вот стоянка, при условии, если выловить всех ос, комаров и гнус, замечательная. Две кладки-причала, дров немеряно, столик с подсолнухом в самодельной вазе, живописный сосновый лес, что еще нужно уставшему путнику!?
Ветер, весь вечер трепавший верхушки сосен, к ночи натянул грозовые тучи. Ночью сквозь сон слышу раскаты грома, как по тенту барабанят крупные капли дождя, но в надежном укрытии под деревьями не о чем беспокоится, и я крепко засыпаю до самого утра.

Я желаю всем испытать счастье и проснутся в сосновом лесу после грозы, когда на каждой иголочке висит капелька дождя и мерцает в первых лучах солнца так, что от увиденного теряется связь с действительностью. Я отбрасываю полог палатки и слышу божественный голос нашего кострового - Чай, кофе или компот? Насчет компота – это только сегодня, когда его дежурство по кухне. В другие дни –чай или кофе!? Не реально проснутся раньше него и остаться без утреннего ароматного напитка - за что огромное спасибо ему от всех нас. Прогуливаясь, выбредаю на открытое место с молодыми посадками сосен. От того что я вижу захватывает дух. Раннее утро - природа еще не стряхнула с себя капли ночного дождя . Молодые сосны высотою с человеческий рост , трава и цветы, все вокруг покрыто мелкими капельками , которые в лучах утреннего солнца превратились в миллионы бриллиантиков и мерцали ,сияли неистовым светом. Я во все глаза смотрела на все это и спрашивала – за что мне такое счастье!?

Вдыхала насыщенный после грозы воздух с легким ароматом хвои, и думала о том ,что такие моменты поддерживают в жизни в не очень яркие дни. Гуляния плавно перешли в купания в покрытой густым туманом реке. Сколько было еще контрольных купаний - не помню. Но выгрузились мы, когда день был уже в разгаре. Это были последние наши часы на реке Рось.

В первые минуты пути я вытягиваюсь в пляжную позу и загораю, пока напарник терпит мое безделье, но в это время в голове у меня созревает решительный замысел – мы подходим городу - герою Корсунь –Шевченковскому и не подобает нам идти прогулочным вальяжным образом. Я решаю не зависимо от желания капитана , пройти последние километры до Корсуня эдаким марш-броском и в душе посвящаю задуманное всем, кто героически воевал в этих местах в страшные годы Великой Отечественной. Снимаю все свои компрессионные повязки, перчатки, все теперь лишнее и не достойное и берусь за весла.

По началу я еще наслаждаюсь живописными берегами, любуюсь, когда местами берег скрывается за буйной растительностью островков, часто с россыпью камней, украшенных изящными стрелками пурпурных соцветий плакун-травы. Но потом вдохновение овладевает мною полностью и я не обращая внимания на боль в мышцах и быструю утомляемость , работаю веслами без остановки. За столько дней на воде нам с капитаном нечего советоваться, он понимает меня без слов и мы быстро выходим на крейсерскую скорость. Байдарка аж скрипит, но ее уже не жалко -сколько здесь осталось!?

Это был день великого Вдохновения! Течение не чувствуется, так как ветер гонит навстречу волны также , как и вчера., но мы уже знаем что делать и только прибавляем ходу. Вдруг вдалеке возникает огромный силуэт. Мы не сразу понимаем, что это первый мост на входе в город. Когда отчетливо виден первый мост, а за ним в километре второй – начинается самый сложный участок – сердце готово вырваться с груди ,все болит и устало, воздуха катастрофически не хватает, но упрямство не знает границ и я продолжаю движение в том же ритме . За вторым мостом видна богатырская скульптура и мы обозначаем ее как конечную цель нашего марш-броска. Здоровый образ жизни достаточно закалил нас и мы входим в город – герой Корсунь-Шевченковский на одном дыхании.

Маленькая победа в честь воинов-героев! Ожидая команду, рассматриваем памятник легендарному Росу на острове Зелёный. Потом узнаю с Интернета, что он символизирует собой версию о происхождении от названия реки Рось, на котором стоит, названия древнего славянского государства Русь и народа русичей (росичей). Жмем друг другу руку, и я с радостью вижу уставшее, но счастливое лицо капитана! Что бы я без него!!??

Все, антистапель!

Обратный путь домой не вдохновляет меня ни на стихи, ни на прозу. Я прощаюсь с новыми друзьями, чтобы снова непременно встретится….
 
Страницы: 1
Читают тему