Войти на сайт
График работы:
пн-пт: 10:00-20:00
сб-вс: 10:00-18:00

ЭЦ ТУРБАЗА

Украина, 40001, г. Сумы
ул. Герасима Кондратьева, 6  

+38 050 913-36-63

Дневник одиночного велопутешествия Л.А.Русаковой по маршруту Донбасс – Полесье – Польша в 2002 году

Дневник одиночного велопутешествия Л.А.Русаковой по маршруту Донбасс – Полесье – Польша в 2002 году

Дневник одиночного велопутешествия Л.А.Русаковой по маршруту Донбасс – Полесье – Польша в 2002 году

Быть в дороге – это только метод,
Быть усталым – это лишь цена.
Насмотреться надо на планету,
Благо, что она пока цела.
Л.Семаков

ДОНБАСС – ПОЛЕСЬЕ - ПОЛЬША

(соло-велопутешествие)

Автор: Л.А. Русакова

14 мая - 19 июля 2002 год

Алчевск - Старобельск - Чугуев - Харьков - Тростянец - Сумы - Белополье - Путивль - Глухов - Новгород Северский - Чернигов - КПП "Новые Яриловичи" - Гомель - Минск - Несвиж - Мир - Новогрудок - Каменец - Беловежская Пуща - Брест - Кобрин - КПП "Макраны" - Ковель - Колодяжное - Луцк - Берестечко - Владимир Волынский - КПП "Устилуг" - Хрубешув - Замошьч - Люблин - Пулавы - Минск Мазовецкий - Ниджица - Грюнвальд - Ольштын - Фромборк - Мальборк - Гданьск - Торунь - Гнезно - Познань - Кутно - (авто) - Сохачев - Варшава - Ченстохова - Краков - Жешув - Ярослав - (авто) - Пшемышль - КПП "Медыка" - Мостиска - (поезд) - Львов - (поезд) - Алчевск

Мое одиночное путешествие в 2002-м году длилось 67 дней и проходило по трем славянским государствам: Украина, Беларусь и Польша. Уточнить подробности этого велопутешествия и просто связаться со мной можно по адресу: r_larisa@mail.ru.

Как и в прошлом году, когда я путешествовала на велоспеде по Европе, и, в частности по Италии, где осуществила очень увлекательные и интересные экскурсии в Верону,  все основные продукты питания были взяты мною из дома на 2 месяца. Велосипед был тот же самый – „Аист” Минского мотовелозавода. Этот год для него юбилейный – 15 лет. Уверена, что ни один из современных байков, которые разваливаются через неделю-другую, не выдержал бы такой нагрузки. Выходной груз у меня, как всегда, объемный и тяжелый: велорюкзак весил около 35 кг.

14 мая 2002 года выехала из дома в г.Алчевске Луганской области. Это на востоке Украины (для тех, кто слабо ориентирован). Наконец-то закончились многочисленные майские праздники, народ протрезвел и на дорогах стало менее опасно. Мой путь сначала на север области до Старобельска. Проезжаю большое селение – Трехизбенка. Около церкви красивый памятник знаменитому казацкому атаману Кондрату Булавину. Оказывается, он родом из этого старого села. Вечером следующего дня въехала в Старобельск и на его окраине со стороны Лимана (ориентир – танк на постаменте) нахожу городское кладбище. Здесь, на специально отведенном месте, перезахоронены поляки, умершие в Старобельском лагере интернированных польских офицеров, который в 1939-1941 гг. располагался в бывшем женском монастыре в центре города. 48 аккуратных безымянных крестов и большой ажурный чугунный крест с плитой, на которой поясняющие надписи на украинском и польском языках. После ночевки около ж/д переезда у будки смотрителей на следующий день познакомилась с очень интересным собеседником – научным сотрудником местного краеведческого музея Беличенко Григорием Ильичем. Он увлекательно рассказал об истории этого края, а в отношении лагеря подтвердил версию о том, что в Старобельске не расстреливали поляков, - здесь находятся могилы умерших от болезней.

После прогулки по Старобельску еду в сторону Сватово. Стало припекать, а тут еще срезало болт на опоре багажника. Сгрузилась на обочине, поставила новый болт, но вот рюкзак установить на велик без посторонней помощи пока не могу. Ловлю на дороге чуткого водителя, который бы помог мне это сделать. Проскакивают 4-5 машин. Останавливается иномарка. Водитель помогает мне водрузить велорюкзак и привязать его накрепко к велосипеду, а после расспросов предлагает отобедать у него в кафе „Вояж” в селении Мостки. Через 17 км на границе Старобельского и Сватовского районов начинается долгожданный спуск по хорошей бетонке. Это территория агрофирмы „Мостки”. Спускаюсь до конца села прямо к кафе. Оно удобно расположено: рядом чудо-скважина. Ее вручную на глубину 64 м пробил местный кузнец еще в 1910 году. Вода очень вкусная и чистая. У кафе меня ждала жена моего благодетеля Александра Мороза – Валентина, которая сытно и вкусно накормила меня и предложила переночевать не в палатке, а под навесом, в одном из ларьков около кафе, что я и делаю с удовольствием.

Проскакиваю Сватово, Купянск и Шевченково. Следующим интересным местом был город Чугуев – родина великого русского художника И.Е.Репина. Музей Репина расположен почти в центре города. Напротив многоэтажек – уютный двор с несколькими домиками. Время к вечеру и музей, конечно, закрыт. Стучу в ворота, прохожу во дворик и меня приветствует сторож. Оказался доброй души человек. Семенов Владимир Михайлович разрешил переночевать на веранде мастерской Репина. За вечерним чаем узнала много интересного про город и музей. Кстати, Репин родился и вырос в пригороде Чугуева – Осиповке. Этот дом позже принадлежал его родителям, к которым и приезжал молодой художник. На следующий день в музее был праздник, т.к. отмечался Международный день музеев. Научные сотрудники показали мне полную экспозицию, да еще я посетила городскую картинную галерею, в которой представлены работы всех лауреатов Репинской премии. Их набралось около 200 человек. Здесь же превосходная выставка произведений народных промыслов со всего бывшего Союза (Федоскино, Палех, Вологда, Оренбург, Гусь-Хрустальный, Хохлома и проч.).

Еду дальше на Харьков, который объезжаю по кольцевой. В районе бывших Пятихаток на выезде в сторону шоссе на Москву (на месте расстрела и советских, и польских репрессированных) строится мемориал. Однако, осмотреть место не удалось из-за многочасового ливневого дождя. В Харькове я была много раз раньше, поэтому, не отвлекаясь на его достопримечательности, поворачиваю в сторону Сумской области.

Вот и Тростянец. Обхожу раздолбанную усадьбу, в которой краеведческий музей и музей П.И.Чайковского. Рядом в сквере памятник Чайковскому в полный рост. Чайковский гостил здесь одно лето у сахарозаводчика. Поднимаюсь к опытной станции по разведению лесов и знакомлюсь с очень колоритным стариком – бывшим научным сотрудником станции Бережным. Он рассказал о памятных местах городка, провел экскурсию по дендрарию, с гордостью показав редкие хвойные и лиственные деревья, которые сажал 30-40 лет назад. Тростянец известен своими сахарными заводами, а главное, кондитерской фабрикой, выпускающей очень вкусные шоколадные конфеты. Только вот фирменный магазин при фабрике оказался частным и цены на конфеты выше, чем у нас на рынке, за несколько сот км отсюда. На 40-м км от Тростянца поворот в селение Низы. Несколько раз меня окатывает стена дождя: только обсохну, как новая волна ливня наступает. После ночевки в сел.Червоне качу в Низы мимо Нижней Сыроватки. Через 15 км – долгожданная усадьба. Сюда, в поместье друга и почитателя таланта композитора Г.Кондратьева, с 1871 по 1879 гг. каждое лето приезжал сам Чайковский, его братья. Сейчас в усадьбе находится сельская библиотека, музейная экспозиция и небольшой концертный зал с очень старым роялем. Здесь проводятся концерты и конкурсы учащихся музыкальных школ и училищ Сумщины. Старинный парк, тенистые пруды с висячими мостиками – все это навевает темы из „Лебединого озера”, наброски которого писались в этих местах.

20 мая прикатила в Сумы. Меня превосходно встретило семейство Михальченко Ирины Николаевны, бывшей моей коллеги по работе в Алчевске. Горячая ванна, обильная еда и мягкая постель – все это даже после недели походной жизни приобретает значительную ценность. На следующий день – дневка. Осматриваю город в сопровождении моего нового знакомого – редактора журнала „Романтика и жизнь” Лищинского Александра Ильича (с ним меня познакомил Назаренко Григорий Владимирович – мой вчерашний гид по Сумам). Посетили Троицкий собор с органом, кафедральный собор, польский костел. Во Дворце детей и юношества на Соборной улице располагается, по-моему, единственный в СНГ музей альпинизма при клубе „Абалаковец”. Собрана замечательная экспозиция, много личных вещей известных альпинистов. Весьма любопытно было посмотреть запасники краеведческого музея, где представлено все убранство, интерьер квартиры сумской семьи среднего достатка начала прошлого века: предметы мебели, быта, книги и журналы, упаковочная тара, посуда, одежда, игрушки и проч., проч. В марте-июне 1944 г. в Сумах формировались части Войска Польского. На городском кладбище установлена скульптура польского солдата в месте захоронения погибших в первых боях.

Весь следующий день еду по Сумщине. В городке Белополье в здании отдела образования расположен музей их земляка Макаренко Антона Семеновича, который поддерживается энтузиастами в хорошем состоянии. После жутко холодной ночи (ставила палатку около поста ГАИ недалеко от р.Сейм) согреваюсь активно крутя педали. Вот и Путивль – город с тысячелетней историей. Отсюда в 1185-м году князь Игорь выступил против половцев. Навеки простерла свои руки бронзовая Ярославна. С откоса напротив - ее приветствует Ковпак (он здесь работал до войны и с ее началом организовывал партизанское движение). Советую посмотреть хорошо отреставрированные Спасо-Преображенский собор и женский Молчанский монастырь. Следующим историческим городом был Глухов. Упоминается еще в Ипатьевских летописях как город Черниговского княжества. Основан в 988 году (на год раньше Путивля). В 17 в. отражал атаки польской шляхты и был столицей украинского гетманства. В центре города красивые памятники композиторам Березовскому и Бортнянскому, уроженцам Глухова. Научный сотрудник краеведческого музея Оноприенко Елена Владимировна очень подробно рассказала об исторических и культурных достопримечательностях родного города, о широко известном когда-то учительском институте, в котором учились Довженко, Ценский, Нарбутов, Васильченко.

По дороге на Новгород-Северский проезжаю небольшое село Богдановка, в котором слева от дороги музей знаменитого педагога К.Д.Ушинского с бюстом ему. Оказывается, он часто проезжал мимо этих мест с инспекцией, а потом женился на местной девушке. Их дочь построила в этих местах несколько школ. Переезжаю границу с Черниговской областью. При въезде в Новгород-Северский (правильно, все-таки, Сиверский) скульптура русича, на центральной площади – князь Игорь на малорослом коне. Вообще город богат на памятники: около монастыря (в нем есть музей 800-летия „Слова о полку Игореве”) стоит очередная Ярославна, на крутом взгорье сидит Боян с гуслями, на развилке городских дорог – древнерусский воин в кафтане.

Из Новгорода качу по зеленому тоннелю среди сосновых лесов. Природа изумительная. Заезжаю на родину великого украинского кинорежиссера А.Довженко в сел.Сосница. В начале села на автозаправке прошу немного масла, т.к. задняя втулка ужасно визжит. Заправщик-жлоб отказал, но рядом оказался водитель, который предложил проехать до его автомастерской. Загружаем велик в его микроавтобус и едем к нему. Знакомлюсь с очень милым семейством Нырковских: Геннадий, Светлана и их дети Таня и Дима. Автомастерская находилась во дворе рядом с их домом. Геннадий оказался большим докой по части ремонта: мой „Аист” будто заново родился, как после капремонта. Мастер перебрал и смазал заднюю втулку, подтянул рулевое управление, выправил переднее колесо и т.д. Потом меня еще и обедом накормили. Дима провожает до музея Довженко. Он закрыт, но неподалеку оказалась его сотрудница Маша, которая мне открыла все комнаты, провела занимательную экскурсию и даже предложила посмотреть фильмы Довженко. Благодарю и вежливо отказываюсь за неимением времени. Фотографируюсь на фоне оригинального памятника молодому Довженко и продолжаю свой маршрут. Катится легко, как по маслу: ни скрипа, ни скрежета, только шины шуршат по асфальту.

Еду в Чернигов – еще один город древней Киевской Руси. По дороге была очередная интересная встреча. На этот раз с богомолкой-пилигримкой из Санкт-Петербурга Галиной. Она топает пешком уже третий месяц, держит путь через Киев на Тернопольщину. Ночует и питается в монастырях и храмах. Благословила меня на дальнее путешествие, подарила иконку. Под вечер въехала в Чернигов. Его главной достопримечательностью является древний вал (детинец), на территории которого несколько красивых церквей и соборов, музей, дворец Мазепы. По периметру вала установлены мощные пушки, подаренные городу Петром I после победы над шведами под Полтавой. С кручи вала открывается прекрасный вид на р.Десна.

Из Чернигова мой путь лежал в Беларусь. Границу легко и без досмотров перешла на КПП „Новые Яриловичи”. Отличное шоссе проходит сквозь хвойные и березовые леса. Поражает придорожная чистота. Каждые 2-3 км – оборудованные места для отдыха: красиво раскрашенные пеньки, навесы, большие короба для мусора, аккуратные крытые туалеты. Такая забота о водителях и их пассажирах будет меня сопровождать на всем пути по Беларуси от ее восточных границ до западных. По дороге в Гомель несколько раз попадаю под дождь и изрядно промокшая в поисках ночлега оказываюсь в многоэтажной школе №15. Сторож Андрей Андреевич отводит к директору Бурлаковой Евдокии Романовне, которая на мою удачу оказалась на месте. Мне гостеприимно позволяют переночевать в школе, где в тепле и сухости засыпаю по шум непрерывного дождя. Утром осматриваю главную достопримечательность Гомеля – дворец Румянцевых-Паскевичей, расположенный в чудесном парке. Дворец активно реставрируется. Рядом с Петропавловской церковью, находящейся в том же парке, привлекает внимание оригинальная часовенка с витражами, позолоченными маленькими куполами. Перед Бобруйском проезжаю знаменитую реку Березину. Где-то здесь на дне лежит обоз Наполеона с награбленными в Москве драгоценностями. В городе старины немного. Видела остатки бастиона, приспособленного под склад, и крепости, в которой дворец переделан под госпиталь.

30 мая въехала в Минск. Сразу направляюсь на мотовелозавод, тем более, что это по пути – на Партизанском проспекте. Уже был конец рабочего дня, но меня очень тепло и заботливо приняли в отделе PR и маркетинга. Я рассказала о дальних путешествиях на их „Аисте”, поблагодарила руководство и весь трудовой коллектив за надежную и выносливую машину. Зам. генерального директора по внешне-экономическим связям Показаньева Ирина Станиславовна, угостив чаем, кофе, разными сладостями, преподнесла мне несколько фирменных сувениров, а под конец еще и новое седло для велосипеда. Меня попросили приехать на следующий день: возможно, получится заменить некоторые изношенные детали. Отправив несколько писем по электронной почте, прощаюсь с благодарностью за прием и еду к своим минским друзьям – родным моей университетской подруги Журавлевой Татьяны Владимировны. Здесь я как у себя дома: отдыхаю, отмываюсь, отстирываюсь. Отмечаю довольно высокий, по сравнению с Украиной, уровень жизни. Обычная пенсия в три раза выше, чем у наших пенсионеров. Преподаватель в вузе (без степени) получает столько же, как наши шахтеры или металлурги. А главное, предприятия работают, люди получают зарплату, в магазинах свои, белорусские, продукты питания и товары.

На следующий день устраиваю очередную дневку. Утром налегке еду опять на ООО „Мотовело”. Сегодня последний день месяца и конец недели. Казалось бы, какое им дело до старого „Аиста” и моей персоны. Однако, начальник бюро маркетинга Левчук Александр Александрович активно занялся мною. С разрешения технического директора завода меня с велосипедом пропустили на территорию и определили в цех рекламации. Там два парня, Саша и Юра, 3 часа возились с моим „антиком”, поменяв всю ходовую часть и оставив только родные раму, руль и багажник. От маркетинговой службы получила в подарок еще электрооборудование. К 16 часам полностью обновленный велосипед выкатил за ворота завода. Фотографируемся на память с руководством пиаровской службы.

После Минска еду по Брестовскому шоссе до городка Городея. Оставляю велорюкзак у хозяев одного частного дома, а сама налегке делаю радиалочку в Несвиж (Нясвiж – по-белорусски). Здесь когда-то находилась резиденция литовских князей Радзивиллов. Замок на реставрации и закрыт, поэтому осмотрела его снаружи, послушала легенды экскурсовода об отдельных представителях знаменитого рода Радзивиллов. Проехала по старинному парку, который занимает огромную территорию. На обратном пути 15 км ехала около 3-х часов, т.к. с небольшими перерывами поливал дождь и порой пережидала его под навесами остановок. В Городею вернулась к вечеру мокрая и голодная. Хотела переночевать в школе, чтобы не ставить палатку на мокрой земле, да и сторож вроде был не против. Но вот директриса, которой он позвонил, чтобы сообщить обо мне, категорически отказала. Ну и зловредины иногда попадаются! А время между тем уже 9 вечера. Вспоминаю, что „моя милиция меня бережет” и топаю в ближайшее отделение. Прошу дежурных разрешения переночевать у них в помещении. Они посмеялись, что забирать меня у них нет причины, и через полчаса телефонных переговоров определили в городскую больницу. Ну, совсем экзотика! Еду по ночному городку на окраину, там меня встречает дежурная сестра, которая поселяет в отдельную палату с раковиной, душем и туалетом. Приготовила на примусе полуночный ужин и засыпаю на мягкой кровати.

От Городеи поворачиваю прямо на север. По чудесной дороге (машин очень мало) доезжаю до городка Мир, знаменитого своим большим княжеским замком. Замок активно реставрируют, но в одной башне уже выставлена экспозиция предметов старины, оружия. Вблизи замка – древняя часовня-усыпальница, а рядом – парк. Ходят легенды, что от Мирского замка в Несвиж были когда-то прорыты подземные ходы, да таких размеров, что мог проехать конный экипаж.

Дальше мой маршрут в Новогрудок. После селения Загорье остановилась на перекус у одного дома, а старенькая хозяйка вынесла полную крынку холодной простокваши. Когда мы с ней разговорились, так она еще и хлеба, и яйца, и сала в дорогу дала. Потом еще с полчаса сидели на лавочке и пели с ней русско-белорусско-украинские песни. Славно отдохнув, качу дальше. Но уж если прет, так прет во всем. В Кореличах меня подбирает машина с дорожными рабочими и около 20 км едем до Новогрудка. Это родина Адама Мицкевича. Меня подвозят в центр города прямо к дому-музею Мицкевича. По закону вредности, сегодня выходной в музее, да еще время – 17 час. Но хвала всем добросердечным людям и, в частности, директору этого музея. К сожалению, в спешке не записала его имени. Он открыл двери всех комнат, включил свет и провел для меня краткую экскурсию. Там документы, книги той поры, мебель, некоторые вещи 19 века. Отсюда молодой Адам Мицкевич уехал учиться в Вильно в университет. Во дворе – старый колодец, хата, крытая соломой. Перед музеем – бюст поэта. Чуть поодаль музея стоит разрушенный замок, около которого тоже памятник Мицкевичу, только в полный рост.

За селением Валевка по трассе на Барановичи расположен очень красивый ландшафтный заповедник с озером Свитязь. Далее, если свернуть в селе Колдычево налево от шоссе и проехать 5 км – попадете еще в один музей Адама Мицкевича. Здесь когда-то стояла корчма, в которой он и родился. Сейчас на этом месте стилизованные под старину изба, мельница, сараи, колодец. В сел. Столовичи обращает на себя внимание большой памятный знак в честь победы русских войск под руководством А.Суворова на месте битвы 12.IX.1771 года с польскими конфедератами, возглавляемыми гетманом М.Огинским.

Теперь мой путь на запад Беларуси, в Беловежскую Пущу. Приезжаю в районный городок Каменец. Здесь стоит та самая „Белая Вежа”, т.е. „Белая Башня”, которая и дала название известному на весь мир заповеднику. Вот только сейчас она, вновь отреставрированная, красно-кирпичная. Говорят, белой башня была от пыли вековой и такой еще ей предстоит быть в будущем. Подъезжаю к редакции районной газеты „Навiны Камянеччыны” с надеждой оставить здесь на время велорюкзак, а потом вечером в их дворике поставить палатку для ночлега.

Меня тепло и с интересом приняла зам. главного редактора газеты Нина Васильевна Гарагляд. Я рассказала о своих путешествиях, потом меня сфотографировали на фоне редакции. Оставив велорюкзак, еду в Пущу. Дорога жуткая: то гравий насыпан, то колдобины. Зато погода чудная, солнечно. В 16 час. была уже в Каменюках – ворота заповедника. Меня пустили без билетов и в музей, и к вольерам. Конечно, повидала знаменитых зубров. Вольеры занимают большое пространство, поэтому на велосипеде удобно было передвигаться (на меня с завистью смотрели уставшие экскурсанты, которые все осматривали пешком). Но тут ко мне подходит пограничный патруль. Проверяют паспорт и требуют пропуск в пограничный район, каким является Беловежская Пуща. Нет пропуска – штраф, задержание. Но, разговорившись с молодым офицером, улаживаю недоразумение (с меня ведь все равно никаких денег не взять, а ночлегу в теплом месте я и сама бы была рада) и досматриваю дальше вольеры. Вот так, 5 июня, Всемирный день охраны окружающей среды и свой профессиональный праздник, я провела в этом чудесном месте. Совет будущим туристам: пропуск (чистая формальность) можно брать в любом отделении милиции в Бресте или даже в Каменце.

Рано утром выезжаю из гостеприимного городка Каменец в сторону Бреста. С погодой опять повезло. На кольце перед въездом в Брест 5 дорог, а в будке ГАИ – никого. Машины проскакивают „как пули у виска”, спросить не у кого. Наконец, вижу пожилую пару, идущую в мою сторону. Спрашиваю, как оптимальнее добраться до Брестской крепости. Разговорились. Вот это встреча! Оказывается, передо мной стоял натурщик, с которого 30 лет назад скульптор Кибальников лепил голову, установленную на мемориале. Это Солодовников Анатолий Иванович, защитник Москвы, - такой же скуластый, сухощавый, похожий на себя той давности. После его подробного указания подъехала к крепости. Осмотрела. Очень впечатляет.

Из Бреста выехала по отличной магистрали с велодорожкой (на Минск, Москву). Вижу табло: до Москвы – 1050 км. Совсем не так далеко, когда пройдено уже около 2000 км. Но мне туда не надо. Пока кручу педали до Кобрина. Очень сильный встречный ветер часто заставляет идти пешком. Вот и разворот на мост в сторону Кобрина. Въехала в очень симпатичный чистый городок. Кобрин известен своим пребольшим военно-историческим музеем, отражающим все войны на территории Белоруссии с 16 века, а также одноэтажным домиком-музеем Суворова. Экспозиция и там, и там интересная, советую посмотреть.

От Кобрина еду на юг в сторону Украины. В сел. Черняны ночевала в лесничестве и мне на десерт принесли огромную миску клубники. Восторг! На следующий день погода опять портится: несколько раз пережидала дождь, пока добралась до сел. Макраны (с белорусского это что-то „мокрое”). При въезде в село – памятник с якорем наверху. Читаю, что это в память польских офицеров речной флотилии, погибших здесь осенью 1939 г. Пытаюсь потом узнать у местных жителей, как эти моряки здесь в Полесье оказались, как погибли, но, увы, никто ничего не знал. Перед КПП все-таки промокла изрядно, так меня быстро и без досмотров пропустили через границу.

И вот еду по Волыни. Леса постепенно отступают, дорогу окружают зеленые поля с красными глазницами – это полянки мака. Красоту Волыни воспела народная поэтесса Леся Украинка. В Ковеле на бульваре Леси Украинки установлен красивый памятник поэтессе. Из Ковеля выехала по Луцкой трассе и через пару км – село Колодяжное. Вечереет и самое время подумать о ночлеге. Подъезжаю к мемориальному музею Леси Украинки. Комплекс зданий расположен в огороженном парке. Прошу сторожа Лесю разрешения поставить где-нибудь на траве палатку или расположиться на веранде деревянного домика. На мою удачу в музее задержалась директор музея Вера Михайловна Комзюк. Она разрешает переночевать в подсобном помещении нового 3-хэтажного литературного музея. Сплю в сухости, тепле и на диване. Выспалась прекрасно. Утром, не спеша, готовлю завтрак, т.к. хотя сегодня в музее выходной, но директор обещала подойти к 9 утра и показать мне экспозицию. С большим интересом внимаю ее рассказу о жизни и творчестве знаменитой соотечественницы, осматриваю внутреннее убранство двух маленьких домиков семьи Косач. Поблагодарив Веру Михайловну, вернулась опять к Ковелю и по окружной еще 5 км до трассы на Львов. Еду теперь во Владимир-Волынский. Здесь на почте меня должен ждать пакет с приглашением в Польшу от моего доброго знакомого еще по Турции Войцеха Чомбика. Поэтому, первым делом, туда. Получаю пакет и теперь уверена, что путешествие по Польше состоится. В милиции выясняю точно, что могу проехать через КПП „Устилуг” на велосипеде. С любопытством осматриваю старинный город, ведь Владимир был столицей Волынского княжества, которое входило в Киевскую Русь. В начале трассы на Луцк – высокие зеленые валы, остатки древнего городища. Некоторые улицы названы в честь разных князей (Василька и др.), памятник князю Данило Волынскому и Галицкому. Золотым куполом сияет Успенский собор, осматриваю храмы греко-католической церкви, украинской православной церкви (киевского патриархата) и католический костел. Да пребудет мир между различными конфессиями на этой древней земле! К вечеру опять облака, дождь, поэтому нахожу приют в школе на окраине города. Решаю все же не ехать сразу в Польшу, а совершить задуманное кольцо Луцк – Берестечко, а то, когда еще меня судьба забросит в эти края.

На следующий день под моросящим дождиком еду в Луцк. По дороге встречается сел. Затурца. Здесь было имение польских панов Липинских и при въезде в село – памятник Вячеславу Липинскому (1882-1931 гг.), ученому-историку, который много писал об Украине, о Волыне. Проезжаю городок Торчин. Наверно, здесь производят известные на Украине Торчин-продукты (майонезы, кетчупы). В последнем селении перед Луцком (Заборель) меня, промокшую, опять приютила школа. Утром, пока пережидала дождь, завуч школы рассказывал эпизоды освобождения этого района в 1944 году от немцев. В Луцке около Волынского государственного университета меня остановил, как позже оказалось, корреспондент областной газеты Лукьянчук Владимир Гордеевич. С удовольствием даю ему интервью, а он мне обеспечил отправку электронных писем через университетский интернет. Дальше осматриваю знаменитый замок Любортов 13-16 вв., иезуитский монастырь 13-17 вв., приют Мальтийского ордена, множество церквей, соборов и костелов. К сожалению, был закрыт музей Волынской иконы. Говорят, стоит посетить.

Долго-долго объезжаю по кольцевой Луцк до выезда на трассу на Горохов. В начале этой трассы влево уходит дорога на Радомышль. Вот по ней и качу. Машин немного, попадаются сады с ранней вишней и черешней. К вечеру распогодилось и даже стало припекать. После Радомышля еду до Боремеля. Здесь граница между областями причудливо изгибается, так что сел. Боремель уже в Ровенской области. По булыжнику и грунтовке добралась до сел. Липы, а там уже по асфальту в Берестечко (длиннее, но удобнее ехать через Демидовку). В Берестечке восстанавливают огромный Троицкий собор, установлен памятник Богдану Хмельницкому. Оставляю велорюкзак у одной хозяйки и еду 6 км налегке из Волыни опять в Ровенскую область в сел. Пляшево. Здесь музей-заповедник „Поле Берестечной битвы” и комплекс „Казацкие могилы” на месте битвы 18-30 июня 1651 г. украинских казаков с польской шляхтой. Много казаков здесь полегло, кровь рекой стекала по полю, мало кому удалось уйти по болоту живыми. Скорбно, но твердо застыли 3 казака, заслоняя собой мальчонку. Прекрасный памятник. В комплекс входят музей, некрополь, две церкви.

Возвращаюсь во Владимир-Волынский. Опять после ночевки под дождем решила переночевать где-нибудь в сухом месте. В местном сельхозтехникуме веду переговоры с зам. директора. Но тут секретарша из приемной, услышав мой рассказ, приглашает к себе домой. С благодарностью принимаю приглашение, и мы вместе отправляемся к ней на квартиру. Мою молодую хозяйку зовут Шевчук Галина Леонидовна. Она живет с прелестной дочерью Танечкой. Перед въездом в Польшу отмываюсь, отстирываюсь. Вечером, позвонив на таможню, Галя еще раз уточнила возможность перехода границы на велосипеде и получила подтверждение.

Утром 15 июня 2002 года (33-ий день путешествия) в приподнятом настроении еду до КПП „Устилуг”. За 2-3 км до таможни – пост ГАИ, где мне выдали бумажку, что я выезжаю на велосипеде. Подъехала к таможне. А вот тут оказывается, что на двух колесах въехать в Польшу я не могу. Какой-то старший офицер, извиняясь, что меня накануне дезинформировали, объяснил мне, мол, мы, украинская сторона, не возражаем и нам как-то все равно, хоть на своих двоих переходите границу, но вот польская сторона пропускает только на автомобилях. Итак, первая бредовина. Однако, все обошлось благополучно. Этот же начальник распорядился посадить меня в какую-нибудь машину. Остановили микроавтобус, договорились с водителем и я с великом загрузилась. Легко проезжаем украинский КПП, а вот на польском пани-таможенник решила меня „пошерстить”, но после первого слоя пакетов в велорюкзаке поняла, что с меня „взятки гладки”, и отпустила. С приглашением денег за визовый штамп с меня не содрали. Уже на польской стороне водитель меня выгружает (ему, к сожалению, надо направо).

Подсчитав пройденный километраж, получаю 2535 км от дома до польской границы.

Еду по хорошему асфальту, только дорога узкая, но машины вежливо замедляют ход, обгоняя. Вдоль шоссе – поля, редкие деревья, село за селом. Возникает проблема туалета (это на наших немереных просторах да заросших обочинах такой проблемы нет). Туалет первого бара на моем пути страшнее самого захудалого нашего в общем вагоне поезда, так что приходится терпеть до каких-то чахлых кустиков. Проехала Хрубешув (Hrubieszów) и примерно за 13 км до Замошьч (Zamość) решаю останавливаться на первый ночлег в Польше. После нескольких неудачных попыток (хозяева не разрешали поставить палатку за оградой их дворов, причем без разъяснения причин: „nie można” – и все) удалось найти сговорчивых людей, которые позволили разбить бивак. Приготовила супчик на примусе и под шум дождя устало засыпаю. На следующий день по дороге в Замошьч старательно повторяю польские слова и фразы на разные темы, а то вчера почему-то вдруг весь день в голове вертелись отдельные слова и готовые фразы на турецком языке, на котором уже не говорила год (феномен нашей подкорки) – польские же складывались с трудом.

Вот и Замошьч (Замостье по-русски). Основан в 1579 г. Великолепная рыночная площадь с торговыми рядами по периметру, которые располагаются в старинных домах позднеренессансного стиля, средневековая ратуша. Город связан с событиями, описанными в романе Генрика Сенкевича „Огнем и мечом”. Осмотр идет под аккомпанемент моросящего дождя, поэтому даже не вытаскиваю фотоаппарат. Удалось бесплатно отправить письма по электронной почте из одного интернет-кафе, хозяйкой которого оказалась очень милая пожилая пани родом из Ковеля. Мой польский становится все увереннее, что очень помогает при общении, так как русский поляки постарались побыстрее забыть, а вот английский еще не в ходу. По плану у меня дальше Хелм (Chełm), но сильный восточный ветер мешает ехать, поэтому сворачиваю на люблинское шоссе. Обращаю внимание на множество разноцветных (веселеньких оттенков) микролитражек - типа российской „Оки”. Мечта простого поляка сбылась: у них появился народный автомобиль. Кстати, за рулем малюток, в основном, женщины.

Перед въездом в Люблин (Lublin) увидела указатель на „Майданек”. Свернула налево и объезжаю город по кольцевой до мемориала на месте концлагеря „Майданек”. Он занимает обширную территорию, на которой сохранились газовые камеры, бараки-блоки, крематорий. Впечатляет огромная чаша с пеплом сожженных узников. Замечу, что душу и сердце это место тревожит сильнее, чем „прилизанный” Бухенвальд в Германии. В готическом замке 13 века в годы последней войны тоже была тюрьма. Рядом духовная семинария, костелы. Побродила по центру, посмотрела нарядную рыночную площадь.

Далее еду в курортный Наленчув (Nałęczów). Много садов с черешней и вишней, а с придорожных (вроде как бы ничьих) деревьев удается даже полакомиться всласть. В Наленчове привлекают внимание старые деревянные виллы, дачные дома. Это традиционное место отдыха польской богемы, расположенное на живописных возвышенностях в лесном массиве. Качу в старинный городок Казимеж Дольны (Kazimierz Dolny). Дорога часто петляет среди леса, в котором много малины. Это территория национального парка. Казимеж расположен в 6 км от основной трассы на Пулавы на берегу р.Висла. Висла здесь внушительнее, чем Буг и Вепш, которые я уже проезжала. Погода, наконец, чудесная: солнечно, тепло, а ветер не такой сильный, как в предыдущие дни. Полюбовалась красивым фарным костелом в центре городка Казимеж, старыми домами вокруг рыночной площади. На пристани стоят теплоходики и катера. На склоне горы, что над городом, башня и смотровая площадка.

Выезжаю обратно на основную трассу до Пулавы (Puławy). Здесь главная достопримечательность – парк с дворцом польских аристократов Любомирских, а позже Чарторыских, и другими старинными постройками. Во дворце в настоящее время располагается институт растениеводства и агрономии. На солнечной лужайке в парке высушила палатку, которая регулярно мокнет после ночных дождей. Во время дневного отдыха обдумываю и корректирую свои планы. Решаю отказаться от маршрута на Бялу Подласку (Biała Podlaska), Бялысток (Białystok) – Белосток, русское название, и Сувалки (Suwałki) из-за постоянного сильного восточного ветра, да и Беловежскую Пущу я видела со стороны Беларуси. Планирую объехать Варшаву по большой дуге (столицу мне предстоит посетить аж после Познани) и из Мазовецкого воеводства попасть в Варминьско-Мазурское. Еду по отличному, но очень шумному варшавскому шоссе с широкой велодорожкой до Рыки (Ryki), а там сворачиваю на параллельную тихую дорогу в сторону Желехова (Żelechów).

В селении Росош (Rososz) при поиске ночлега наткнулась на ферму, хозяин которой проявил вдруг открытое радушие и пригласил переночевать не за оградой фермы, а прямо во дворе на травке. Да, это впервые за несколько ночевок в Польше. Объяснилось все просто: у него работали на сборе клубники пятеро молодых ребят (3 девушки и 2 парня) из Украины. Пока ставила палатку, вернулись с поля ребята. Наконец вижу улыбчивые лица (на лицах поляков до сих пор улыбок я не видела, только сплошная озабоченность; даже детишки какие-то тихие и серьезные). Наша оживленная беседа на русско-украинском (при полном сердечном понимании друг друга) продолжилась за ужином, которым меня щедро угостила молодежь. Иванка и Игорь приехали из Львовской области, а Таня, Люда и еще один Игорь – с Волыни. Они живут в небольшом домике с отдельной от хозяев кухней, так что вечером накипятили мне воды для помывки и стирки. Очень сытая и чистая ложусь к себе в палатку. Утром после обильного завтрака с ребятами получаю от них еще большой сверток с бутербродами. Фотографируемся на память и тепло прощаемся. Ребята уходят на поле, а я собираю велорюкзак. Когда выехала с фермы и проезжала мимо поля, одна из девушек мне принесла целый бидон клубники. Большое спасибо, мои дорогие земляки!

В хорошем настроении да при теплом солнышке качу по тенистой спокойной дороге. Вообще в пути я не вызываю у местного населения любопытства и удивления, хотя за весь месячный срок моего пребывания в Польше я только дважды встречала туристов (ехали по двое), у которых на багажнике было хоть какое-то подобие велорюкзака. Так-то по дорогам катят сотни на роверах (т.е., с польского, на велосипедах). Я их с первого дня обозвала для себя шпацирами и шпацирками. Это от немецкого spazierengehen, гулять, значит. В районе городка Парысув (Parysów) ко мне подстраивается и начинает катить рядом пан-шпацир. Знакомимся. Дарек хвастает своим спортивным байком, я – своим „Аистом”. Говорит, что он тоже соло-велотурист, ездил по Европе, чаще по горам (Татры, Судеты). Но, как выяснилось, путешествует он на автомобиле, живет в кемпингах, питается в кафе. Когда захочет размяться, то снимает с крыши машины байк, оставляет на стоянке авто и покрутит в удовольствие педали по окрестностям. Вот такие они „турысты-шпациры”. Даже сейчас, находясь всего в 50 км от Варшавы, где он живет, приехал сюда на своем самоходе (с польского, на автомобиле). Хотя Дарек настойчиво приглашал ехать к нему в Варшаву, но я решаю не поддаваться соблазну и держаться своего последнего плана. На прощание распили по бутылочке „Спрайта”, которой он меня угостил, и разъехались в разные стороны.

Проскакиваю Минск Мазовецкий (Mińsk Mazowiecki), Вышкув (Wyszków), Пултуск (Pułtusk). Вот и Чеханув (Ciechanów). В Чеханове осмотрела замок ксендзов Мазовецких (14-15 вв.). Пока отреставрированы внешние стены и две башни. Во внутреннем дворике проводятся концерты, ставятся оперы. По городскому плану обнаруживаю музей мазовецкой шляхты. Он расположен на площади Костюшко. Ну, как же не посетить! Да вот осечка. Музей платный, а вредная пани на входе была категорична: „bez pieniędzy nie można”, то бишь, „без денег нельзя”. Попыталась я ей на старательном польском объяснить, что если бы у меня было 5 злотых, то они не обогатили бы музей, а если я посмотрю бесплатно, то музей не разорится, зато я смогу всему миру по интернету рассказать о нем. Увы, увы, полная безнадега. С благодарностью вспоминаю прошлогодние музеи Грузии, Турции, да и в этом путешествии: музеи Украины, Беларуси. Таким образом, не удалось мне даже в музее почувствовать гордый, отважный и свободолюбивый дух польской шляхты. Говорю так потому, что на всем моем пути по Польше я его нигде так и не почуяла. Это поразительно, но почти все мои переговоры с хозяевами о возможности ночлега за пределами их дворов, встречали тревожную с их стороны подозрительность. Меня десятки раз допрашивали, действительно ли я одна, а не явятся ли среди ночи мои друзья, чтобы убить бедных хозяев или ограбить. Просто жуть какая-то. Более 30 лет путешествую по миру, но с подобным еще ни разу не приходилось встречаться. Порой хотелось углубиться куда-нибудь в лес на ночлег, чтобы только не слышать эти настороженные вопросы, но инстинкт самосохранения направлял все-таки к людям. Просто с первых дней внушала себе: представлять себя в горах, далеко от людей и на помощь тебе никто не придет.

Итак, после Чеханова поворачиваю на север на Млаву (Mława). Опять зачастили дожди и холод, несносный холод по утрам, так что палатка покрывается росой изнутри. В окрестностях Млавы натыкаюсь на кладбище немецких солдат, захороненных в 1914-м году. Отсюда я начинаю опрос местных жителей о кладбищах русских солдат времен Первой мировой войны. Любопытство мое непраздное. Под впечатлением романа А.И.Солженицына „Август Четырнадцатого” хотелось проехать среди Мазурских болот и озер, вспомнить и помянуть русских воинов Второй армии под командованием генерала А.С.Самсонова, погибших со своим командующим в котле, в окружении. Ухожу зигзагом в Джалдово (Działdowo), потом сворачиваю к Ниджице (Nidzica). В Ниджице оставила велик на охраняемой стоянке, но бесплатно, и осмотрела местный средневековый замок, окруженный стенами с башнями и постройками. Внутри – отель, бары, рестораны, какие-то службы. В бюро информации две милые девушки долго искали для меня по справочникам, путеводителям Мазурии хотя бы какое-нибудь упоминание о памятных знаках, местах захоронения русских в 1914-м году. Увы, безрезультатно. Нашли несколько немецких кладбищ, но некоторые из них я и так видела. С чувством горечи за нашу беспамятность (командование Советского Союза за 35-тилетнее пребывание на территории Польши не удосужилось даже креста по убиенным поставить) покидаю Ниджицу и качу в сторону Ольштына.

На развилке Павлово – Ольштынек установлен большой валун с надписью-указателем на Поле Грюнвальдской битвы. Сворачиваю к Павлово (Pawłowo) и еду по проселочной асфальтовой дороге до Грюнвальда (Grunwald). На полпути попадаю под сильнейший дождь. По бокам дороги – лесной массив, так что спрятаться особо и негде. Утепляюсь, закрываю рюкзак пленкой, покрываю себя накидкой. Хоть и стою под деревьями, но чувствую, что промокаю до трусов - так немилосердно хлещет дождь. А что же десятки полупустых машин, которые проскакивают мимо, обдавая меня брызгами? Больше часа пыталась хотя бы кого-нибудь остановить, даже не притормаживали. Внушаю себе, что мне никто ничего не должен, я в горах и до людей очень далеко. Только вот теперь, если мне кто будет говорить о набожности поляков, о их поклонении Деве Марии – „не верю!”, как вещал наш великий режиссер. Да спустись сейчас с небес Дева Мария, так же стояла и мокла под дождем, а мимо равнодушно проезжали бы те, кто сегодня в костеле на воскресной службе истово молились во славу ей. Но вот стало светлеть, дождь постепенно утих и я покатила к месту знаменитой Грюнвальдской битвы. Здесь 15 июля 1410 г. объединенные силы поляков, литовцев, чехов, русских и татар одержали победу над рыцарями Тевтонского ордена. В 1960-м году на возвышенности был установлен монумент, состоящий из двух блоков: верхний – с ликом славянского воина, а нижний, как поверженный, - с ликом тевтонского рыцаря. Перед музеем из камней сложена схема расположения войск перед битвой.

Чтобы разнообразить путь, дальше до Ольштынка еду через Рыхново (Rychnowo). По-прежнему в селениях и городках спрашиваю о могилах русских 14-го года. Не знают, не слышали. Вот и Ольштынек (Olsztynek). Кроме небольшого замка, приспособленного под учебные заведения, зашла в костел, а потом посетила скансен. Это своеобразный агротуристский комплекс. Сюда собраны старые сельские дома, амбары, водяные и ветряные мельницы. Здесь можно жить за небольшую плату и заниматься натуральным сельским хозяйством, т.к. есть скот, поля. Осмотрев скансен, двигаю затем на Ольштын. Шоссе петляет между озер, забираясь порой на возвышенности. Никак не определюсь с очередным ночлегом: ставить палатку на берегу озера – комаров кормить, а в деревушках на взгорьях – опять несносно мерзнуть. Но вот за несколько км до Ольштына справа вижу аллею, над которой надпись, что там находится филиал Варминьско-Мазурского университета. Смело двигаю туда: охота и с интеллигенцией пообщаться. Наконец-то без лишних расспросов быстро получаю разрешение поставить палатку на территории этой летней полевой университетской базы. Только обустроилась, зарядил дождь. Ночью палатка на ветру высохла, благо все-таки, что она держит и не промокает, поэтому сплю все время в сухости. Утром бодро въехала в Ольштын (Olsztyn). Много разных костелов, маленький замок в готическом стиле, красивая большая ратуша. Долго искала улицу Пушкина, но, увы, не нашла. Зато по Аллее Сибиряков (надо же, не переименовали!) вышла к Среднеместью – там сохранился памятник советскому солдату. Постамент размалеван красками из баллончиков, но это меня уже не шокирует: с первого дня я обратила внимание на мазню, надписи, которыми заляпаны остановки, стены домов, гаражей, борта электричек, многие польские исторические памятники и даже костелы (вот еще пример „святости”).

Через Моронг (Morąg), Пасленк (Pasłęk) приближаюсь к Балтике. Да, забыла рассказать, что в мазурских лесах много разных ягод: объедалась малиной, черникой, земляникой, а брусника еще неспелая попадалась. По дороге мне тоже здорово повезло: вдруг на обочине увидела веером раскиданные листы. Это оказался очень подробный атлас автомобильных дорог Польши. Так как у меня были только скаченные из интернета карты (www.pilot.pl и www.multimap.com), то нецветной принтер не давал различить некоторые дороги и реки. А тут такая удача! В атласе были представлены планы всех крупных городов.

Вот и Фромборк (Frombork). Здесь жил, работал и умер великий Коперник. Очень внушительный памятник ему установлен перед большим епископским замком. К сожалению, дело к вечеру, все было закрыто, поэтому не удалось осмотреть музей Коперника, планетарий в звоннице. Сильный балтийский ветер заставляет свернуть с приморского шоссе на дорогу 504 в сторону Эльблонга. Эльблонг (Elbląg) знаменит своим каналом и очень красивым огромным морским костелом святого Миколая (Николая, по-русски) – покровителя моряков. Далее дорога петляет вместе с извивами канала. Опять пасмурно и ветрено. Исторический Мальборк (Malbork) поражает своей мощью. Это была главная крепость Тевтонского ордена крестоносцев. Сейчас памятник старины прекрасно отреставрирован, очень бойкое место для западных туристов (их много приезжает сюда из Германии). На потребу туристов местная молодежь одевается в рыцарские доспехи, во внутреннем дворике часто проводятся рыцарские турниры. Мальборкский замок окружен громадной стеной с башнями, глубоким рвом, через который перекинуты мосты с цепями, галереями. В общем, очень интересно и впечатляет.

Из Мальборка боковой дорогой, чтобы не ехать шумной и загазованной трассой, мимо селений Старая Висла и Лисево (Lisewo Malb.), по мосту через уже очень широкую Вислу въехала в Тчев (Tczew). Здесь опять вливаюсь в поток машин (правда, по велодорожке) на основной трассе, ведущей в Гданьск (Gdańsk). Теперь это шоссе №1. Чем ближе к Гданьску, тем оно ужаснее: трещины, колдобины. Машины тоже притомили своим шумом и вонью. Долго еду уже в городе до центра – старого города. И вот он предстает во всем своем великолепии, но тут хлынул сильный ливень, пришлось укрыться в подворотне. К слову сказать, в Гданьске меня три раза поливал дождь. Гданьск – в прошлом, столица Ганзейского союза, столица Поморского княжества, вольный город Данциг. Богатая история воплотилась в архитектуре этого города: старинные ганзейские торговые дома, изумительные костелы, Королевская дорога, заполненная туристами. Повидав множество достопримечательностей, я оказалась перед проходной знаменитой Гданьской верфи. Был конец рабочего дня, поэтому попыталась у охранников, а потом у пожилых рабочих, выходивших из проходной, спросить о судьбе знаменитой польской яхтсменки Кристины Хойновской-Лискевич, почти четверть века назад первой среди женщин в одиночку на яхте обошедшей наш шарик. К сожалению, здесь мне не повезло: кого я спрашивала, о ней ничего даже не слышали. Видно, слава простого работяги Леха Валенсы затмила скромный подвиг женщины-инженера. Перед верфью установлены размалеванные памятники „Солидарности”. Заехав в местное бюро путешествий, я тоже ничего не узнала о их землячке. По плану хотелось дальше посетить Сопот, Гдыню, проехать вдоль побережья Балтики до Щецина, а потом уж свернуть на юг к Познани. Но холод, постоянные дожди и злой балтийский ветер сломили меня: на юг, в тепло, к друзьям. И это конец первого летнего месяца, насмешка погоды!

Поворачиваю на Кошьчежыну (Kościerzyna), чтобы потом через Хойницу и Пилу выехать к Познани. Но в Кошьчежыне увидела указатель на Торунь, поэтому быстро меняю маршрут, сообразив, что по пути в Познань могу посетить и Торунь, и Гнезно. Тем более, что чем дальше от моря, тем становится теплее и настроение поднимается. Правда, отсутствие дневок и холодовая усталость дают себя знать. В селении Новая Кишева (Nowa Kiszewa) у двора одного фермерского хозяйства пришлось провести вынужденную дневку, так как целый день лил дождь и невозможно было собраться в дорогу. Хозяева радушно угощали кофе, чаем, а в обед пригласили даже супу поесть. Чтобы совсем не замерзла вторую ночь в палатке, дали теплое одеяло, что меня очень согрело и я смогла нормально выспаться.

Вперед, вперед на Торунь! Вот о чем я еще не писала, так это о заправочных станциях в Польше. Помнится, описывая первый день пути по польским дорогам, я затронула туалетную тему. Чтобы закрыть ее, замечу, что бесплатные туалеты во всех придорожных Макдональдсах. На заправках тоже есть, конечно, туалеты. Но обращаю внимание будущих путешественников на такой курьезный момент: подъезжаешь к заправке, а двери туалета наглухо закрыты. Так вот, оказывается, надо зайти в магазинчик при заправке и просто попросить у кассира или продавца ключ от туалета. Потом, сделав дело, закрываешь туалет и отдаешь ключ назад. Ключ выдают бесплатно, а вся эта унизительная бредовина, вероятно, для того, чтобы у них унитазы водители не сперли. Как тут не вспомнить азиатскую Турцию с ее чистыми, всегда открытыми бесплатными туалетами при автозаправках, где к тому же можно принять горячий душ и постираться. Хорошо хоть на польских заправках, куда я обращалась, всегда бесплатно мне наливали 50-100 мл бензина, необходимые для ежедневной готовки на примусе.

В окрестностях городка Скурч (Skórcz) опять объедалась малиной и черникой, далее еду мимо очень красивых озер, но холод и сырость начисто отбивают желание искупаться (засыпаю с мыслью только о горячей ванне). 35 км от Стольно до Торуни качу по главному шоссе №1 с хорошей велодорожкой. В Торунь (Toruń) въехала днем, поэтому осмотрела все достопримечательные места без спешки. Старый город опоясывают остатки кирпичных стен с башнями. Центр, как будто, не такой уж и старый, сплошь торговый. Конечно, выделяется ратуша 13 века и собор св.Якова. Есть и другие костелы старой кирпичной кладки. Ну, а известен этот город тем, что в 1473 г. здесь родился Коперник. В городе установлен памятник молодому Копернику. На окраине Торуни зашла в интернет-кафе для отправки писем, но тут не повезло. Обычно до этого у меня не было проблем с бесплатной отправкой электронных писем, а здесь пожилой пан оказался упертым, без денег не разрешил.

В который уже раз переезжаю Вислу и выкатываю на шоссе №15 в сторону Гнезно. Весь день было облачно, а к вечеру зачастил дождь. Перед Иновроцлавом свернула в деревушку Балин (Balin) в поисках ночлега. Противный дождь загнал под навес большого строения (гараж для сельхозтехники). Прошу разрешения хозяина расположиться под этим навесом, но он предлагает ночлег в отдельной мастерской при гараже. Здесь есть диван, стол, душевая и даже электрокамин. С благодарностью принимаю предложение и начинаю распаковываться. И вот тут начинаются опять дурацкие вопросы: - а кто вам посоветовал ко мне обратиться? – а почему вы выбрали для ночлега именно мой дом? – а вы, действительно, одна едите? – может, вам кто-нибудь дал наводку на мой дом? и т.д., и т.п. Боязливыми вопросами меня закидал не какой-нибудь хилый мужичонка, а крепкий сорокалетний мужчина. Несколько раз я порывалась уже собраться и уйти, но хозяин останавливал меня, убеждая, что он ничего не имеет против моего ночлега. В конце концов, жена позвала его ужинать и он отстал от меня. Только я на примусе начала варить себе ужин, опять стук в дверь: это хозяин принес мне полную тарелку супа с курятиной. От души поблагодарила и с большим удовольствием съела все. Обычно говорят о загадочной русской душе. По-моему, тут как раз все ясно. А после своего путешествия по Польше я могу заявить, что польская душа осталась для меня загадкой. С такими мыслями отошла ко сну. Это был уже 50-ый день моего пути от дома в Алчевске и пройдено 3667 км, в том числе 2535 км – до Польши и по польским дорогам –1132 км.

Утром следующего дня быстро проехала Иновроцлав (Inowrocław) и держу путь на Гнезно (Gniezno). Это первая историческая столица Польши, древняя столица династии Пястов. Объединение славянских племен на польских землях завершил князь Мешко I. В 966 году в Гнезно состоялось крещение Мешко и дальнейшее им введение христианства в Польше. Старший сын Мешко – Болеслав, прозванный Храбрым, в 1025 году был коронован и стал первым королем Польши. С благоговением вхожу в кафедральный собор – ценнейший архитектурный памятник Европы. С городом Гнезно связана личность святого Войцеха, епископомученика. В главном алтаре храма установлено надгробие св.Войцеха из благородных металлов, в портале – художественная чеканка, в окнах – великолепные витражи. Перед кафедральным собором поставлен памятник Болеславу I Храброму.

Следующая ночевка у меня тоже была необычная. После осмотра Гнезно искала место для ночлега в стороне от трассы. В деревне Вожники (Wożniki) на крыльце одного дома увидела трех женщин. Казалось бы, в этом нет ничего удивительного, если бы не одно обстоятельство: на мое обычное улыбчивое приветствие они мне тоже улыбнулись. Это случилось впервые за всю поездку по дорогам Польши! Я так рассмеялась и рассказала им, что они первые для меня улыбчивые поляки. Хозяйка дома Данута Ковальска разрешила поставить палатку прямо перед их домом, сбоку от крылечка. Удалось нормально помыться теплой водой под душем, а вечером разделила с хозяевами трапезу. Зато ночью мне пришлось выдержать ужасное испытание. Проснулась от страшного грома, молнии блистали совсем рядом. По старой горной привычке выкинула из палатки примус, котелки – все железное. Сильным ветром сорвало два колышка, а т.к. снаружи была стена дождя, то правую сторону палатки держала руками за дуги в распоре, сдерживая ураганные порывы ветра с дождем. Когда через полчаса гроза стала уходить и ветер немного утих, вылезла из палатки, поставила колышки и укрепила растяжки. За пару минут, что я была снаружи, штормовка промокла насквозь. Благо, в палатке было относительно сухо и тепло (пар изо рта не идет, и на том спасибо). Около двух часов продолжался еще ливень, и я, в конце концов, заснула, убаюканная его ритмичным шумом. Утром все мокрое или влажное заталкиваю в рюкзак в надежде, что доеду уже до Познани, где смогу обсохнуть и согреться. Данута с восторгом рассказывает соседям, как я мужественно перенесла ночную бурю в палатке, а я только усмехаюсь про себя: ведь не буду же делиться воспоминаниями недавнего прошлого, когда во время одного из ночлегов в Беларуси меня среди ночи разбудила старушка и утащила на веранду своего домишка, потому что легкий дождик мог вдруг промочить палатку и я озябну.

На полпути от Гнезно до Познани в городке Победжиска (Pobiedziska) проезжаю небольшой металлургический завод. В проходной завода прошу разрешения позвонить в Познань, чтобы предупредить моего приятеля о скором приезде. Меня соединяют с Войтеком и радостный голос приглашает в гости. Въезжаю в Познань (Poznań) со стороны пролетарского района. Потом справа остается остров Тумский с большим кафедральным собором. Перехожу по мосту Варту (ширина, как наша речка Лугань) и осматриваю ансамбль каменных домов в Старом городе. В 12-13 вв. Познань – столица Великопольского княжества, с 1793 г. до 1918 г. город входил в состав Пруссии, а в настоящее время является центром Великопольского воеводства. Впечатляют мощная ратуша в ренессансном стиле (13-14 вв.) и готические костелы. В Оперном театре выступали Паганини, Лист, Венявский. Пересекаю улицу Рузвельта и выхожу на Домбровского. Вот и дом Войтека. Меня приветливо и улыбчиво встречает его мама – пани Регина. Сразу оказываюсь в очень добросердечной обстановке. Отмываюсь, отстирываюсь, отъедаюсь. После прихода Войтека с работы чаевничаем и беседуем за полночь. Утром едем с Войтеком на его фирму, где я пару часов сижу в интернете и обрабатываю свою почту. Здесь же состоялась еще одна теплая встреча – с Мариушем Радошем, вторым моим знакомцем по Турции. Потом Войтек отвозит меня домой и передает в распоряжение мамы. С пани Региной посещаем холм бывшей цитадели, на котором установлена большая стела воинам Советской Армии, осматриваем разные монументы и памятники на захоронениях союзников, поляков и советских воинов. С холма спускаемся прямо к Старому городу и, побродив немного, оказываемся в крупнейшем в мире музее музыкальных инструментов. Очень интересная экспозиция расположена на нескольких этажах старинного дома, а в одном зале для посетителей пожилой пан играл польки, мазурки и другую народную музыку на старинных инструментах, типа волынок, дудочек и прочей экзотике. В Познани имеется уникальный, по-моему, памятник велосипедисту, которого здесь называют старым Мареком. Так что я в обязательном порядке фотографируюсь с ним.

На следующий день после кратковременного отдыха опять собираюсь в путь. Пани Регина снабжает гостинцами. Утром меня фотографировал местный репортер и на ходу брал интервью. Кстати, уже после своего нынешнего путешествия я получила статьи о себе в нескольких газетах: на русском языке писала алчевская газета „Огни”, на украинском – луцкая „Волинь”, на белорусском - „Навiны Камянеччыны”. Вот и на польском в „Gazeta wyborcza Poznań” появилась маленькая заметка обо мне, только в стиле „фэнтэзи”. Итак, складываю свой портативный „Аист” и загружаюсь в машину Войтека. Выезжаем из города на 20-25 км по варшавскому шоссе, а там с благодарностью за все прощаюсь со своим приятелем и его мамой. Тепло, солнечно и душа поет. Катится легко, так как есть спокойная велодорожка, хотя трасса загруженная и шумная. Где-то между Коло (Koło) и Кутно (Kutno) мне несказанно повезло. Вдруг на обочине увидела микроавтобус с украинским номером. Конечно, сразу остановилась, разговорились. Тут подошла еще одна машина с Украины. Мои земляки ехали транзитом из Германии и предложили меня отвезти сегодня же в Ковель. Пребольшое спасибо, но хочется пока поездить по Польше, зато не откажусь, если меня подвезут поближе к Варшаве. На том и порешили. Александр Калинин – руководитель этого маленького автокаравана, учится в Христианском институте, поэтому всю дорогу ведем содержательные беседы на религиозные и философские темы. Незаметно пролетело время. В Сохачеве (Sochaczew) дружески прощаюсь с ребятами, фотографируемся на память, получаю в подарок несколько банок нашей азовской кильки. Машины уходят направо, чтобы с юга объехать Варшаву, а я качу налево в сторону Желязовой Воли.

Вот и знаменитая Желязова Воля (Żelazowa Wola) – родина гениального Фридерика Шопена. Осматриваю музей-усадьбу, чудесный парк. Далее дорога ведет по окраине Кампиноской Пущи – национального природного парка. Когда до Варшавы уже почти рукой подать, решаю усложнить себе задачу и пересечь Вислу в окрестностях Нового Двора Мазовецкого, чтобы оттуда въехать в Легионово, в котором у меня был адрес для ночлега. Дорога пролегает через сосновый лес, который прерывается полянами и перелесками. Часто встречаются дикие яблони и груши, уже вполне съедобные. В очередной раз по мосту переезжаю Вислу и через некоторое время оказываюсь в Легионово (Legionowo). Да, лучше бы я не связывалась с этим адресочком. Прождав перед закрытой дверью более 3-х часов и потеряв всякую надежду на домашнее тепло и уют, спешу в сумерках найти себе традиционное место для ночлега в палатке. Вот справа огромный трафарет „Warszawa” и до центра 16 км. Стоп-стоп, ночью мне там уж точно делать нечего. Сворачиваю к садовым участкам и после нескольких попыток получаю разрешение поставить палатку у одной дачи.

Утром качу по велодорожке до моста через Вислу, потом переезжаю на ее левый берег и дальше по набережной до моста Сирены. Отсюда пешком начинаю осмотр центральной части столицы: музей Фр.Шопена, памятник Копернику у Академии Наук, здания Варшавского университета. В университетском костеле св.Анны вечером должен был состояться концерт заезжего органиста, так что я попала на его репетицию. Почти час в полутемном костеле слушала божественную музыку органа. С улицы Краковское предместье вхожу в Старый город: маленький королевский замок, кафедральный собор св.Яна, рыночная площадь с еще одной Сиреной – символом Варшавы, восстановленные Барбакан, фрагменты крепостных стен. Мимо Варшавского Большого театра подошла к могиле Неизвестного солдата. На колоннах вокруг Вечного огня повешены мемориальные доски с названиями всех битв Войска Польского и мест гибели польских воинов. Есть Харьков, есть Катынь. Следует сказать, что еще в начале своего путешествия, когда я была на Старобельском мемориале, я насыпала в пакет немного земли с могил. Теперь хотела высыпать эту землю к цветам у Вечного огня, но солдат, стоящий в карауле, сказал, что этого нельзя делать, хотя я очень подробно рассказала, откуда эта земля, кто я и что хочу сделать. Вот так мой, возможно сентиментальный, жест доброй воли оказался здесь никому не нужен. Выезжаю по Королевской улице на Маршалковскую, мимо Дворца Культуры и Науки (родная московская высотка) по Иерусалимским аллеям и аллее Независимости на улицу Вавельская, а далее по Груецкой, которая выводит на катовицкое шоссе №8.

Переполненная впечатлениями с сожалением покидаю польскую столицу. Конечно, одного дня маловато, чтобы осмотреть все и хорошо познакомиться с достопримечательностями, но, возможно, я еще вернусь сюда когда-нибудь. После Петркова (Piotrków) становится совсем тепло и спать можно в спальном мешке, наконец-то, без свитера. От Каменьска (Kamieńsk) еду по дороге №91, которая спокойнее, чем 8-ой автобан. В многочисленных маленьких селениях подкрепляюсь яблоками, грушами, сливой, а в лесах – лесными ягодами. Вот и Ченстохова (Częstochowa). Город является крупнейшим в Польше местом религиозного культа, центром паломничества. На Ясной Горе в храме монастырского комплекса, которому свыше 600 лет, хранится икона Божьей Матери Ченстоховской, в Польше почитаемая как чудотворная, называемая также „Черной Мадонной”. На нее приходят смотреть, как на Джоконду, с той лишь разницей, что все шепчут какие-то просьбы, желания. Там даже установлен большой ящик, куда бросают записки с просьбами. Я решила, как и у Стены плача в Иерусалиме пару лет назад, не обременять Господа своими прозаическими желаниями, походила по монастырю, а затем долго-долго выбиралась из города.

По шоссе №1 через Варту нельзя на байках, поэтому пришлось уходить далеко влево по разрушенной дороге, пересекая при этом Варту 3-4 раза, а потом возвращаться к главной трассе до развилки с шоссе №46, по которому и продолжила движение. Проезжаю еще один Ольштын, только южный. Замок на горе – одни руины, но башни сохранились: круглые, квадратные, как у нас на Кавказе в Сванетии. От Лелова (Lelów) сворачиваю на Пилицу (Pilica). Здесь договорилась с хозяйкой оставить велорюкзак и налегке съездила посмотреть замок Огродженец (Ogrodzieniec) в Подзамче (Podzamcze). По дороге привлекает внимание костел, выбитый в скале. Замок Огродженец упоминается в польских летописях с 1386 г. За заслуги перед страной король Владислав Ягелло велел объявить его королевским. После 1848 г. замок приходит в упадок, а в настоящее время представляет собой живописные руины с сохраненными фрагментами стен, башен, ворот. Реставрируют пока слабо. После осмотра замка возвращаюсь в Пилицу и до Скалы (Skała) еду-иду как по стиральной доске: то вверх, то вниз. Опять в селах много яблок, а в лесу объедаюсь малиной. После Скалы начинается хороший спуск, приятно катится.

Уже и Краков вдали виден. Въезжаю в Желонки (Zielonki) и опять долго ищу место для ночлега. Наконец, договариваюсь с одной пожилой пани поставить палатку перед воротами ее хозяйства. Место уютное, полузакрытое кустами и деревьями. Старушка вынесла мне целое ведро воды. Только я помылась и поужинала, как услышала мужской голос. Оказалось, это сын той пани с семьей приехал. Учинив мне форменный допрос, все-таки разрешил остаться на ночлег. Засыпаю, но вдруг просыпаюсь от шума: мою палатку раскачивают, пытаясь расстегнуть молнию. Сказав пару крепких слов на английском и польском, слышу в ответ: полиция! документы! Ну, абзац. Этот трусливый мужик так испугался 50-тилетней тетки (то бишь, меня), что полицию вызвал. Показала паспорт, бумаги с приглашением и регистрацией в Познани, потом ждала, пока они по рации связались с компьютером. Все это время рассказывала полицейским, как заботилась обо мне и помогала полиция Германии, Израиля, Турции, не говоря уж о Грузии, России, Беларуси. И только в Польше меня среди ночи поднимают и допрашивают. Но вот пришел ответ по рации, что я человек законопослушный (а то по моему лицу и загранпаспорту с кучей визовых печатей этого не видно), полицейские успокоили хозяина и дали мне добро на ночевку. Да, какой уж тут сон, во мне до утра все кипело от этой бредовины. В 5 утра была уже на ногах, сготовила завтрак, собрала вещички. Перед уходом попрощалась со старой пани, вернув ей ведро. Мать долго извинялась за сына, говорила, что она просила не звонить в полицию, но он ее не послушал.

Краков – прекрасен, слов нет. У меня было на нескольких листах подробное описание его достопримечательностей, сделанное Николаем Калашниковым на сайте www.krakow.ru. Автор с большой любовью к этому городу рассказал об истории Кракова, представил несколько пешеходных экскурсий по центру и окрестностям. Так, двигаясь от дома к дому, от костела к костелу, по Королевской дороге до знаменитого замка Вавель и далее по парковому кольцу Планты, я вышла в Краковский Казимеж. Да, удалось послушать воскресный органный концерт в университетском костеле св.Анны. Казимеж поразил запустением и мрачностью своих улочек: действительно, живая натура для „Списка Шиндлера” Спилберга. К сожалению, не удалось посетить уникальные синагоги, так как собралась гроза и приближался сильный ливень. Надо было быстро выбираться из города. Опять мост через Вислу, еще немного и я на шоссе №4. Больше двух часов пережидаю дождь под навесом остановки, а потом долго еду мимо современных районов Кракова, которые заканчиваются перед Величка (Wieliczka). По описаниям, место замечательное, отсюда я планировала даже заехать в Закопане (Zakopane), но свинцовые тучи над Татрами, да и психологическая усталость погнали меня кратчайшим путем домой.

Проехала Тарнув (Tarnów) – самое теплое место в Польше (правда, грозовые дожди не позволили это почувствовать). Неожиданно в Жешове (Rzeszów) с правой стороны дороги увидела большое кладбище советским воинам, погибшим в 1944 г. В центре кладбища – обелиск. Дыхание перехватило, когда я прочла на обелиске, что он поставлен жителями Жешова на могиле героя „Молодой Гвардии” Ивана Туркенича. Вот и замкнулся круг моего странствия: от креста на Старобельском мемориале до обелиска герою-краснодонцу. Я вспомнила о пакете с землей – ведь она же луганская – и высыпала землю к цветам у обелиска.

Перед Ярославом (Jarosław) великом натыкаюсь на стоящую машину с украинским номером. Двое мужчин из Львова охотно подвозят меня до Пшемышля (Przemyśl), жаль, сами они пока через границу не едут. Последние 13 км до Медыки (Medyka), последние польские километры. Перехожу КПП, доезжаю до Мостиски, потом поездом до Львова, а далее поездом Львов – Луганск до дома. 19 июля 2002 года Алчевск встретил меня мелким теплым дождиком. Итак, за 67 дней путешествия сделано 4805 км, из них по Польше – 2270 км.

Теперь пару советов будущим путешественникам по Польше.

1) Общение на польском языке будет способствовать проявлению большей доброжелательности со стороны местного населения, но, все же, готовьте себя к автономному передвижению.

2) Путешествие для женщин по Польше пройдет гарантированно безопасно, потому что по числу геев эта страна в одном ряду с развитыми европейскими государствами, а те мужчины, что имеют традиционную ориентацию, будут, скорее, вас опасаться.

В конце своей статьи хочу искренне поблагодарить за информационную поддержку моих коллег и знакомых. Это: Лопухов А.С., Носов В.А., Петров А.И., Хихин Л.Н.

Материалы для публикации предоставлены с разрешения Л.А. Русаковой. 


Количество показов: 5250
Автор:  Русакова Л.А.
Рейтинг:  3.02
ВКонтакт Facebook Google Plus Одноклассники Twitter Livejournal Liveinternet Mail.Ru

Возврат к списку