Войти на сайт
График работы:
пн-пт: 10:00-20:00
сб-вс: 10:00-18:00

ЭЦ ТУРБАЗА

Украина, 40001, г. Сумы
ул. Герасима Кондратьева, 6  

+38 050 913-36-63

Дневник одиночного велопутешествия Л.А.Русаковой по маршруту Донбасс – Германия-Норвегия-Финляндия-Россия

Дневник одиночного велопутешествия Л.А.Русаковой по маршруту Донбасс – Германия-Норвегия-Финляндия-Россия

Дневник одиночного велопутешествия Л.А.Русаковой по маршруту Донбасс – Германия-Норвегия-Финляндия-Россия

…Чтобы жить километрами,
А не квадратными метрами.
Холод, дождь, мошкара, жара –
Не такой уж пустяк.
И чтоб устать от усталости,
А не от собственной старости,
И грустить об оставшихся,
О себе не грустя...
Ю.Кукин

ДОНБАСС – ГЕРМАНИЯ – ДАНИЯ – НОРВЕГИЯ – ШВЕЦИЯ – ФИНЛЯНДИЯ – РОССИЯ

(соло-велопутешествие)

Автор: Л.А.Русакова

6 июня - 31 июля 2007 год

Алчевск – (поезд) – Киев – (автобус) –Гамбург – Нойемюнстер – Крусо – Колдинг –Хорсенс – Орхус – Виборг – Ольборг – Хиртсхальс – (паром) – Кристиансанн – Гримстад – Арендал – Лангесунн – (катер) – Хелгеруа – Ларвик – Саннефьорд – Осло – Мосс – Халлен (Халден) – Танумсхеде – Уддевалла – Кунэльв – Гётеборг – Варберг –Хельсинборг – Ландскруна – Алвеста – (поезд) – Нэшё – Виммербю – Норрщёпинг – Сёдертэлье – (поезд) – Стокгольм – (паром) – Турку – Хельсинки – Ярвенпяя – Лахти – Коувола – (поезд) – Лаппеенранта – Выборг – (поезд) – Санкт-Петербург – (автобус, поезд) – Москва

Мое одиночное путешествие в 2007-м году длилось 56 дней и проходило по шести государствам: Германия, Дания, Норвегия, Швеция, Финляндия и Россия. Меня зовут Лариса Русакова, и узнать подробности этого велопутешествия, а также просто связаться со мной можно по адресу: r_larisa@mail.ru.

В очередной раз мой давний немецкий друг Фридрих сделал мне приглашение и в очередной раз при получении шенгенской визы в немецком консульстве в Киеве трясли мне душу однообразными вопросами “куда”, “зачем” и “почему”. В третий раз к собеседованию привожу фотки 30-тилетней давности, рассказываю, в каких горах познакомились, когда я была в гостях в Германии, когда Фридрих с семьей был в гостях у меня. На этот раз мне при собеседовании досталась очень суровая фрау, но испытание я прошла благополучно и визу, все-таки, получила. Также, не забыла получить бесплатную юридическую помощь для путешественника на портале юридической клиники "Law Clinic"

Как обычно, все основные продукты питания были взяты мною из дома на 2 месяца; велосипед, как и раньше, – крепкий и надежный “Аист” Минского мотовелозавода. Основное новшество предстоящего похода – замена бензинового примуса на газовую горелку. В прошлом году мой бензиновый примус взорвался в конце маршрута по Италии, так что пришлось потом еще месяц в Греции и Турции готовить пищу на импровизированной печке. Новенькая горелка Trekmate стыкуется только с газовыми баллонами Go-System. По ходу рассказа о летнем походе я буду еще не раз касаться газовых баллонов различных систем, поскольку Единая Европа, сумев убрать государственные границы между странами, оказалась не в состоянии ликвидировать несовместимость горелок с разными газовыми баллонами, хотя последние все имеют клеймо “made in France”.

Как я писала в отчетах о путешествиях 2005-го и 2006-го гг., почти всю Украину я объехала раньше, поэтому и на этот раз веломаршрут решила начать с Германии. 6 июня отправилась на поезде из Алчевска до Киева, ночевала в киевском турклубе “Арсенал”, а утром 8 июня выехала автобусом фирмы “Колумб-плюс” из Киева в Германию до Гамбурга (Hamburg). На следующий день около 12 час. дня я выгрузилась из автобуса на площадку автовокзала, собрала велосипед и, обливаясь потом, водрузила на него рюкзак. В Гамбурге нынче очень тепло: около 32º. Мне надо выбираться из Гамбурга на север в направлении Нойемюнстера (Neumünster), поэтому сориентировалась по солнцу, уточнила у одного водителя, где находится бундесштрассе №4, и двинула вперед. Гамбург я посещала в 2005 г., так что сейчас не отвлекалась на его достопримечательности. Однако, по пути всматриваюсь в окрестные магазины в надежде увидеть что-нибудь спортивно-хозяйственное, чтобы купить газовый баллон к горелке. Увы, не повстречалось. Только к 16 час. покинула, наконец, город и выскочила на простор. Около 19 час., хотя солнце еще печет, стала искать место для ночлега. За городком Hasloh встала на окраине соснового леса, выходящего к двум отдельным домам. Меня угостили бутылкой минералки. Кран торчал из стены ближайшего дома, так что проблем с водой для помывки у меня не было. Решила перекусить оставшейся домашней снедью, но тут хозяева из второго дома пригласили поужинать у них. От мяса барбекю и овощных салатов грех отказываться. Сытая, умытая укладываюсь в новой палатке (старая пострадала от прошлогоднего примусного взрыва). Первая походная ночевка прошла в полудреме: все ворочалась с боку на бок, т.к. организм не привык к жесткому ложу, да и душновато было.

На следующий день продолжаю движение к Нойемюнстеру по отдельной хорошей велодорожке и к вечеру оказываюсь перед городом. Нашла дом семейства Панненборгов (Ирэна и Герхард), в саду которых я останавливалась на ночлег два года назад, когда путешествовала по Германии. Хозяева меня узнали, сразу проводили в сад на площадку, где ранее стояла моя палатка. После горячего душа на хозяйской электроплите я приготовила себе традиционный ужин (рожки с бульонным кубиком) и, уставшая, потопала баиньки к себе. Нынче спалось уже сносно. Утром после завтрака я познакомилась с Мариной Гончаровой, заглянувшей к моим хозяевам. Она уже 6 лет живет в Германии, приехала из Херсона и сейчас замужем за братом Герхарда – Фридрихом. Эта веселая доброжелательная женщина сразу вызвалась мне помочь найти газовый баллон. Оставив велик и рюкзак у Панненборгов, я села в машину Марины и она повезла меня в крупный хозяйственный магазин. Там оказались баллоны другой системы – Camping-gaz, которые по резьбе не подходили к моей горелке. Тогда Марина сказала, что хочет сделать мне подарок, и купила весь комплект – новую газовую горелку Twister, а к ней подходящий баллон (системы Camping-gaz). С сердечной благодарностью я приняла презент, мы вернулись к хозяевам, где оставался мой багаж. Тепло прощаюсь со всеми – и в путь. Быстро просквозила Нойемюнстер, проехала Рендсбург (Rendsburg) и дальше, дальше на север Германии к границе с Данией.

Жара закончилась в Германии, а в Данию я въехала через незаметную границу под сплошной облачностью, при сильном ветре и температуре около 15º. В Крусо (Kruså) обратила внимание на памятник Фольке Бернадотту (Folke Bernadotte). Этот удивительный человек (член королевского дома Швеции) был одним из руководителей Международного Красного Креста, шведским политическим деятелем. Во время Второй мировой войны Фольке Бернадотт граф Висборгский в качестве представителя шведского Красного Креста организовал возвращение скандинавских военнопленных из Германии. Бернадотт способствовал также освобождению нескольких тысяч еврейских женщин из концлагеря Равенсбрюк; большинство их нашли убежище в Швеции. 20 мая 1948 г. Совет Безопасности ООН назначил Бернадотта посредником в арабо-израильском конфликте. 11 июня ему удалось добиться соглашения о четырехнедельном прекращении огня в арабо-израильской войне. И этот миролюбивый, много сделавший для людей человек, названный позже в Израиле праведником мира, был убит еврейскими экстремистами в Иерусалиме 17 сентября 1948 г., когда пытался вести переговоры о перемирии между евреями и арабами.

От пограничного датского городка Крусо качу по хорошо знакомому с 2005 г. шоссе №170 мимо Обенро (Åbenrå) и Хадерслеу (Haderslev) в Колдинг (Kolding). Город Колдинг расположен на берегу Колдинг-фьорда, был основан датским королем Эриком V Клиппингом (Eric V Klipping) в 13 в. В истории Дании известна битва при Колдинге 25 декабря 1658 г. между шведами под началом шведского короля Карла Х и объединенными датско-польско-норвежскими силами во главе с польским гетманом Стефаном Чарнецким (Stefan Czarniecki). Объединенные силы тогда победили и изгнали шведов из Ютландии. Кстати, этот гетман был за 10 лет до этих событий в плену у Богдана Хмельницкого. Позже его выкупили и он пролил еще много казацкой кровушки в битве при Берестечко (на поле Берестецкой битвы мне довелось побывать во время велопутешествия в 2002 г.). Вот так эту неугомонную польскую шляхту носило по всей Европе, а через 50 лет они пошли войной на Россию вместе со шведским королем Карлом ХII. Среди нынешних достопримечательностей Колдинга следует отметить сохранившийся замок 11 в. (последняя королевская резиденция в Ютландии), церковь св. Николая 13 в. За Колдингом удалось попробовать первую клубнику с поля, на котором шел сбор ягоды. А сборщиками на датских плантациях были вьетнамцы. Вообще-то дорога не очень пока витаминная: шелковицы мало, да и та мелкая, а дикая черешня еще зеленая.

Под периодически моросящим дождем еду все по той же 170-й дороге. Слева от Вайле (Vejle), точнее, на северо-запад от него, находится Йеллинг (Jelling) – древняя столица Дании времен викингов. Там по бокам церкви (11 в.) имеются два королевских насыпных холма и два больших камня с руническими надписями 10 в. Далее на моем пути по датскому полуострову Ютландия был город Хорсенс (Horsens), который для нас представляет только тот интерес, что в нем родился знаменитый мореплаватель Витус Беринг (Vitus Bering). После окончания кадетского корпуса в Амстердаме в 1703 г. Беринг поступил на русскую службу (Петровский призыв, как бы сейчас сказали), стал офицером русского флота. Прославился отважный командор двумя Камчатскими экспедициями, в ходе которых был открыт пролив (названный Беринговым), основан город Петропавловск-Камчатский, достигнут берег Северной Америки (Аляски). Из Хорсенса (местный народ называет его Хоршенс) выбрала спрямленную дорогу №433 на Орхус (Århus). Весь путь до города – типично датский пейзаж: всхолмленная местность, много пастбищ, а на них много датских бело-бежевых коров. Так что запах стоит соответствующий. Наконец, пошли пригороды Орхуса с современными домами. Справа в просветах парковых деревьев появилось светлое здание дворца Марселисборг (Marselisborg). Это одна из летних королевских резиденций. В историческом центре интересны ратуша (правда, наполовину современная, т.к. в 20 в. к ней пристроили башню с большими часами), кафедральный собор (Dom kirke) с самой высокой в Дании колокольней (собор перестроен из романской церкви 13 в. в лютеранский храм в период Реформации, сохранились фрески 16 в.) и небольшой музей викингов, которые основали город в 10 в. Вдоль старого города протянулся огромный порт с морским парком, доками, верфями. В начале улицы Viborgsvej, по которой я собралась выбираться из Орхуса, обнаружила музей Den Gamle By, типа скансена, состоящий из старинных деревенских домов, ремесленных мастерских, хозяйственных построек (некоторые даже под соломой). Сосредоточены все постройки очень кучно, на небольшой территории. Орхус проехала на 10-й день путешествия.

В датский Виборг (Viborg) устремляюсь по велодорожке вдоль шоссе №26. Дождливо, холодно, противно. Примерно за 20 км до Виборга поля почти пропадают, по бокам дороги сплошной лес, причем суровый: ели, сосны и еще что-то хвойное. Географически Виборг находится почти в центре Ютландии. Этот симпатичный городок с красно-бордово-кирпичными домами играл важную роль в истории Дании. С 1027 по 1655 гг. присяги королей происходили в Виборге. Здесь чеканились монеты древней Ютландии, в 16 в. впервые в Ютландии стали читаться лютеранские проповеди. Отдавая дань средневековому прошлому, был создан памятник королеве Дании, Норвегии и Швеции Маргрете I (1353–1412 гг.) и ее 9-летнему племяннику Эрику Померанскому (1382–1459 гг.), – первому королю, возглавившему Кальмарскую унию. В историческом центре среди массивных кирпичных зданий светлым пятном выделяется собор из серого гранита. Он построен в 19 в. на основе романской церкви 12 в. В соборе богатый интерьер: много картин на библейские сюжеты, большой орган. Переждав в этом соборе очередную порцию дождя, энергично и быстро выкатываюсь из городка вдоль трассы №13 в северном направлении. Отмечаю, что здесь природа не такая суровая, как перед Виборгом: леса уже смешанные, много полей с зерновыми. Беспокойство доставляет только сама трасса – нет отдельной велодорожки и почти нет места справа от белой черты на самой дороге – приходится шарахаться от многочисленных фур. Вообще такое и раньше встречалось в Дании, поэтому делаю вывод, что велосипедистов здесь не так любят-уважают, как в Германии.

Только за 15 км до Ольборга (Ålborg) опять появилась отдельная велодорожка, а последние 10 км перед городом – приятный спуск. Ольборг расположен на берегу фьорда, который соединяет пролив Каттегат (Kattegat) с Северным морем. История Ольборга началась более 1000 лет назад. Благосостояние города сильно упрочилось, когда в 1516 г. Ольборг получил монополию на торговлю селедкой. В настоящее время в Ольборге действует Датский спиртоперерабатывающий завод – крупнейшее в мире предприятие, производящее крепкое алкогольное пойло “Аквавит”, популярное во всей Скандинавии. Недалеко от порта находится Ольборгский замок (16 в.), который в наши дни является административным зданием с многочисленными службами. Красив белоснежный собор св. Будольфи (Sankt Budolfi), построенный в 15 в. в честь Будольфи – покровителя английских моряков. Весьма оригинален модерновый Музей изящных искусств, где среди работ датских мастеров можно обнаружить картину Марка Шагала. Ольборг является самой северной оконечностью Ютландии. По обычной дороге №180, которая по мосту пересекает фьорд, я переезжаю на датский остров Веннсюссель (Vendsyssel) и сразу попадаю в городок Нёрресуннбю (Nørresundby). На западной окраине этого местечка – обширная археологическая зона, так называемые Линнхольмские холмы (Lindholm Høje). Здесь в 6–12 вв. было большое поселение викингов. В результате раскопок обнаружено около 700 могил викингов с богатым погребальным инвентарем.

Далее замелькали последние десятки км по Дании мимо полей и селений и, просквозив остров Веннсюссель до его северо-западной оконечности, я очутилась в порту Хиртсхальс (Hirtshals). Не отвлекаясь на единственную достопримечательность Хиртсхальса – Музей Северного моря, я направляюсь сразу к морскому терминалу на набережной. Отсюда в Норвегию отправляются паромы только одной компании Color Line. В кассе меня огорошили сразу ценой билета – 540 DK, что составляло примерно 104 $. Да, не ожидала я такого – грабеж форменный, монополисты, блин! Плыть-то всего 2,5 часа. Помнится, из Германии в Данию в 2005 г. на пароме за 1,5 часа хода заплатила 10 €, а паром из Италии в Грецию в 2006 г. обошелся в 32 €, причем шли мы семь часов. Делать нечего, в Норвегию надо все равно перебираться, поэтому плачу в кассу 105 $, сдачу дают норвежскими кронами. К слову сказать, ни Дания, ни Норвегия, ни Швеция на евро не перешли, имеют свои валюты – кроны. Паром отправляется из Хиртсхальса в 20.30, а приходит в норвежский порт Кристиансанн (Kristiansand) в 23 час. Уже привычно вкатила в чрево парома (наш назывался “Silvia Ana”, средних размеров), пристегнула велик и поднялась на пассажирскую палубу. В салонах кресла, типа самолетных, а на билете указано твое место. Итак, 19 июня, на 14-й день моего путешествия я покидаю Данию и прибываю в Норвегию. В Кристиансанн вошли уже в темноте. Я попыталась договориться с охранниками терминала посидеть у них на лавочке (здесь терминал на ночь закрывался, не то что в греческой Игуменице, где я коротала ночь в прошлом году), но безрезультатно, они были не преклонны. Тогда я отправилась в ближайший скверик над набережной и там устроилась на скамейке, разложив спальник. Место тихое, никто меня не беспокоил и, главное, обошлось без дождя. Уже засыпая, вспомнила, что Рюрик, которого в 9 в. северные славянские племена пригласили на княжение на Русь в Новгород, по одной из исторических версий был из Ютландии. Так что возможно, что мой нынешний маршрут в Россию совпадает с тем путем, каким Рюрик добирался до славянских земель.

Утром побродила немного по городу, основанному как порт в 1641 г. королем Кристианом (Христианом) IV, в честь которого он и получил свое название. В центре города имеется статуя короля Кристиана IV и еще памятники нескольким королям. Недалеко от порта стоит крепость со старинными орудиями Кристиансхольм (Christiansholm, 1674 г.). Соображаю, как мне на вело выбираться из города. Дело в том, что на картах красная толстая линия вдоль всего побережья до Осло – это автобан Е 18, поэтому придется постоянно петлять по каким-то второстепенным дорогам вокруг этого автобана. Совсем на выезде из города, перед пригородом Vige, разместился музей Вест-Агдер (Vest-Agder) – самый большой музей под открытым небом в Норвегии (типа скансен). Здесь представлено множество строений 17–19 вв. Нахожу трафарет Lillesand с велозначком и вот качу по объездной 401-й дороге. Обидно, что по указателю автобана до Лиллесанна (Lillesand) – 25 км, а по дороге №401 аж 42 км. 401-я совсем без велодорожки, так что еду по краешку, благо, машин немного. Дорога среди леса, многочисленные спуски к озерам, фьордам, а потом утомительные подъемы. Порой оглушающая тишина и птички поют. Смотреть не на что – сплошная природа и только. Да, единственная достопримечательность – стоянка бронзового века чуть в стороне от дороги. До Trøe довела меня 401-я дорога, а после велоуказатель направил на автобан. Оказывается, это у них норма, когда определенный путь можно ехать на вело по автобану (там даже на велоуказателе стоит Е 18). Вот и Лиллесанн с его белыми домишками. Нахожу указатель “Grimstad” для вело, но очень быстро попадаю в лес, а там по грунтовке вверх-вниз, все круче. В какой-то момент даже подумала, что заблудилась, но тут навстречу проехала машина и я поняла, что где-то есть люди. За селением Inntjore остановилась на ночлег около одного хозяйства. Вечером прошел дождь, но к ночи он прекратился; такова моя первая палаточная ночевка в Норвегии.

На следующий день по асфальтовой дороге скоро доехала до Гримстада (Grimstad), спускаюсь к самому морю и там на набережной в информтурофисе получаю бесплатную карту города. Мне рассказывают, где находятся, конечно, городской музей, морской (а как же без морского в Норвегии) и музей Ибсена. Подхожу к белому домику, в котором была аптека, где работал в молодые годы Ибсен. Перед домиком – небольшой постамент с бюстом великого драматурга. В аптеке юный Генрик Ибсен изучал аптекарское дело и работал помощником аптекаря с 1844 по 1849 гг. Здесь Ибсен написал свои первые поэмы и первую драму “Катилина”. В Доме-музее представлены экспонаты аптеки и кабинета, как это выглядело во времена Ибсена. Из Гримстада выезжаю четко по велодорожке вдоль трассы №420. На набережной у этой дороги установлена трогательная скульптура “Жена моряка, ожидающая его”, а дальше, при выезде из городка, влево от 420-й трассы, по другую сторону автобана, примечательна старинная (12 в.) беленькая церковь Фьере. 420-я дорога никуда не петляет, ведет прямо в Арендал (Arendal), до которого сплошь тянутся селения. Сам город раскинулся на нескольких островах и, проходя через центр, я обратила внимание на ратушу и внушительный католический собор. Других значительных достопримечательностей, вроде, и нет. Из Арендала выкатываю по 410-й трассе. Поначалу тянутся многочисленные курортные поселки, но после Eydehavn стали попадаться только отдельные дома, фермерские хозяйства. Машин немного и, чем дальше в лес, тем еще меньше. Велодорожки опять нет и приходится ехать по самой трассе. В душе ворчу на этих прижимистых норгов: это ж такой барыш с нефти имеют, такой высокий уровень жизни у них (по нашим украинским меркам цены на все очень высокие!), а велодорожки не могут обустроить – брали бы пример с Германии, которой они любят во многом подражать. Хотя, к слову сказать, велотуристов пока совсем не видела (да и до конца маршрута только раза три повстречались велотуристы из Германии и один уникум из США). По-прежнему, вверх-вниз к озерам, а с небес поливает, гнус, комары. В глазах сплошная лесная зелень, уже тошнит от нее. Хочется куда-нибудь на простор, чтобы глаз не упирался в деревья, а видел окрестности. Вдруг к месту вспомнилась рассказанная когда-то Хазановым юмореска Шендеровича, в которой есть слова: «…а в деревне Гадюкино уже неделю идут дожди …».

От Тведерстранна (Tvederstrand) выписываю круги-восьмерки долбанными проселочными дорогами вокруг автобана Е 18, а местами кручу педали по самому автобану за неимением другого пути. И так продолжается до развилки на Langesund, на которой я увидела трафарет с нарисованным корабликом и надписью “Helgeroa”. Быстро улетучилось мое желание делать крюк в 40 км вокруг нескольких фьордов по суше и я устремляюсь в Лангесунн к порту – громко сказано, т.к. это небольшая гавань с причалами. Вскоре подошел кораблик (маленький, типа как по Москва-реке в советское время ходили), обилетили прямо на нем – из-за отсутствия норвежских крон с меня взяли 10 $. Почти час мы плыли по Ланге-фьорду, по пути подбирая пассажиров с нескольких островков. Порой проходили через узкие каменные ворота меж двумя островками-шхерами. Замечу, что у норвежцев такой народный отдых: берут катерок, яхту (у многих в собственности есть) и плывут на каменный островок-шхеру, а там купаются, загорают. Видно, им тоже тошнотворно бывает от собственных лесов и хочется на морской простор взор устремить. На островах побольше притулились мелкие дачки, коттеджи и даже виллы.

Выгрузилась в небольшом порту Хелгеруа (Helgeroa), пересекла городок и держусь 302-й дороги в сторону Ларвика. Наконец, увидела просторы на суше и широкие долины. Воздух напоен клубничным духом – много полей с этой ягодой. Конечно, торможу у каждого поля, прошу разрешения немного поесть и сборщики не отказывают. А сборщиками здесь на всех полях работают парни и девушки из Польши, так что я быстро нахожу с ними общий язык. Рассказываю, как пять лет назад я путешествовала по Польше и встречала там сборщиков клубники из Украины. И сейчас так, со смехом отвечают мне они. Вот она – глобализация в действии. Наших украинцев вполне устраивают заработки в Польше, а полякам нужны уже европейские зарплаты. Славно подкрепившись красно-спелой ягодой, я в отменном настроении, да еще и при солнышке, вкатила в Ларвик (Larvik). В этом городе 6 октября 1914 г. родился всемирно известный путешественник Тур Хейердал (Thor Heyerdahl). На берегу фьорда в 1989 г. к 75-летию Хейердала (то бишь, еще при жизни) власти Ларвика установили ему памятник: на высокой стеле из черного гранита на гранитном же основании, напоминающем плот, бюст Хейердала. На четырех углах плота выгравированы названия “Kon-Tiki”, “Ra-I”, “Ra-II”, “Tigris” и даты их экспедиций. Рядом с памятником в старом здании располагается морской музей, в котором модели судов, картины и другие экспонаты рассказывают морскую историю Ларвика, а также есть отдельный раздел, посвященный Туру Хейердалу. Перед музеем находятся макет папирусной лодки почти в натуральную величину, якорь и гарпуны с китобойных судов.

Из Ларвика качу-иду по 303-й трассе, глаза радуются простору. Опять угощаюсь клубникой. Перед селением Тъёллинг (Tjølling) с правой стороны дороги есть указатель на археологическую зону, где идут раскопки города викингов Каупанг (Kaupang). Еще в 7–8 вв. поселились здесь люди, много позже в этих местах была средневековая торговая застава. По появившейся неожиданно за несколько км велодорожке я въехала в своеобразный город Саннефьорд (Sandefjord). На гербе этого города с 1914 г. изображен кит и судно викинга. Дело в том, что китовая охота всегда была важной для экономики города. В 1850 г. от Саннефьорда ушла первая экспедиция на китовую охоту в Северный Ледовитый океан. Первая большая экспедиция в Антарктику отправилась в 1905 г. К концу 1920-ых гг. Саннефьорд имел флот из более чем 90 китобойных судов. К середине 1950-ых гг. охота на китов постепенно уменьшалась и сезон 1967/68 гг. стал последним для города. Сегодня память об этом важном периоде истории города поддерживает Китовый музей (Hvalfangstmuseet). Этот музей – единственный музей в Европе, специализирующейся на китах и истории охоты на китов, китобойных судов. Открытие музея было 4 июня 1956 г. А в центре города на круговом перекрестке установлен очень эффектный фонтан, в который помещена скульптурная композиция с огромным китом и суденышком с китобоями, один из которых пытается вонзить в кита гарпун с веревкой. Сегодня Саннефьорд известен как курорт с различными видами ванн для укрепления здоровья (морские ванны, грязевые и серные). На выезде из города, в его пригороде Гокстад (Gokstad), еще одна музейная живописная площадка. Там камнями обнесено место, где нашли в 1880 г. древний (9 в.) корабль викингов и много всяких вещей в нем. Все это находится в настоящее время в Осло в Музее судов викингов, а здесь оставлена точная копия гокстадского корабля.

После Гокстада у меня произошла очень добросердечная встреча. Навстречу мне ехал не спеша славно экипированный велотурист. Когда я его поприветствовала, то он радостно отозвался и притормозил. Спрашиваю по-английски, из какой страны и слышу в ответ: «из Калифорнии». Хмыкнула про себя – ну, еще один типичный американец, который уверен, что весь мир – это Америка, а свой штат – отдельная страна. В прошлом году в Турции при встрече с американцем, когда он назвал вместо страны свой штат (тоже Калифорния, кстати), я пожалела его мозги, чтобы он не свихнулся, и вместо Донбасса ответила – Украина. На этот раз твердо сказала, что я с Донбасса. Наступило молчание, а потом спокойный вопрос: «Где это?» Подробно объяснила, где находится наш регион. А когда я узнала, что моего собеседника зовут Джеральд (Джерри), то вовсе весело стало: теперь у меня полный американский мультикомплект – Том (так зовут прошлогоднего велотуриста) и Джерри. Впрочем, с Джерри было интересно общаться: ему за 60, он много раз путешествовал по Европе, в том числе на велосипеде. В этом году он начал маршрут, как и я, из Гамбурга, потом была Дания до Копенгагена, затем паром в Осло и сейчас он ехал в Кристиансанн, откуда собирался паромом вернуться в Данию и через Ютландию проехать до Гамбурга. Он рассказал мне путь до Осло, а я поделилась информацией о маршруте до Кристиансанн. Джерри вдруг вытащил из рюкзака книгу и я увидела, что это “Война и мир” Толстого на английском. Правда, наверно, подсокращенный вариант, потому что вся эпопея уместилась в одном томе. На мой удивленный вопрос “почему?”, он ответил, что читает эту книгу в кемпингах во время непогоды. Проговорили мы более получаса, обменялись электронными адресами, сфотографировали друг друга. В общем, с трудом расстались, взаимно довольные друг другом, пожелали счастливого пути друг другу и покатили каждый в свою сторону.

Уже больше двух недель я пользуюсь газовым баллоном, купленным еще в Нойемюнстере. Газ расходуется экономно, потому что часто у хозяев, около которых ставлю палатку, прошу кипяток, так что остается только доварить рожки или крупу. Но всему приходит конец и газу в баллоне тоже, поэтому и в Ларвике, и в Саннефьорде обходила все спортивные и хозяйственные магазины в поисках газовых баллонов – безрезультатно, никаких нет. Наконец, в городке Сем (Sem) перед Tønsberg в спортивном магазине обнаружила газовые баллоны и, к счастью, нужного размера (на 450 мл) и системы Camping-gaz, т.е. к моей новой презентованной горелке. Однако, цена жуткая: 89 NK (норвежских крон), что примерно 15 $, а в Германии такой баллон стоил всего 5 €. Делать нечего, покупаю. Из Сема по велодорожке вдоль 312-й дороги въехала в Тёнсберг (Tønsberg). На высоком скальном уступе – башня с флагом, рядом серого цвета какой-то невзрачный дворец. Башня была установлена в 1888 г. как мемориал старой исторической крепости (13 в.), от которой остались только фрагментарные руины. Сам город Тёнсберг был основан в 871 г., что делает его самым старым из существующих скандинавских городов. Под моросящим дождем покидаю город, в котором больше и нечего смотреть. Двигаясь по какой-то спрямленной дороге, оставляю в стороне справа город Хортен (Horten) с Национальным парком Borre, имеющим наибольшее в Скандинавии собрание могил королей, с Королевским норвежским морским музеем и автомобильным музеем. Дальше по 313-й трассе миновала Холместранн (Holmestrand), основанный в 1550 г. как гавань для отгрузки древесины. До Драммена (Drammen) добралась без хлопот, а там потеряла велоуказатель. Сделала в городе петлю к кирке (церковь), а потом у автобана Е 18 поймала трассу №282 и по ней начала подъем к Аскеру (Asker). В стороне от дороги появились опять клубничные поля, так что полакомилась всласть вкусной ягодой с разрешения сборщиков-поляков.

После Аскера много плутала, часто сбиваясь на какие-то второстепенные велодорожки, но, все-таки, определилась с правильной, которая и привела меня в Осло. Столица Норвегии раскинулась по берегам причудливо изгибающегося Ослофьорда. В 1047 г. конунг викингов Харальд III Хардрада (Суровый) стал королем Норвегии, а еще через год, в 1048 г., он основал в устье реки Лу военное укрепление для поддержания своей власти. Его назвали “Услу”, то есть “устье Лу”. Кстати, это был тот Харальд, женой которого была Елизавета Ярославна, дочь великого князя Киевской Руси Ярослава Мудрого. Столицей и резиденцией норвежских королей город стал со времен правления короля Хакона V (1299-1319 гг.). Однако, в средние века Норвегия попала в зависимость от Дании, и роль Осло была уменьшена до провинциального административного центра. С 17 в. город стал называться Кристиания (Христиания) в честь Кристиана IV, короля Дании и Норвегии, который приказал восстановить город после ряда разрушительных пожаров. Вскользь замечу, что с 1624 по 1878 гг. название города писалось как Christiania, а с 1878 по 1924 гг. – Kristiania. Первоначальное название Осло было возвращено только в 1925 г. По пути к центру города я начинаю осмотр достопримечательностей, расположенных на полуострове Бигдёй (Bygdøy). Здесь разместилось несколько главных музеев столицы, в т.ч. Музей кораблей викингов, Морской музей с легендарными кораблями, Норвежский музей народного быта. К сожалению, моросящий дождик не позволил многое увидеть в подробностях, да и после прогулка по историческому центру получилась скомканной: очень немногочисленные интересные места разбросаны по городу и трудно планомерно все посмотреть. И вообще, столица Норвегии, откровенно, не понравилась. Рядом с центром – вонючий, пыльный и громыхающий порт. Тут же небольшой гуляльный пятачок напротив грандиозной ратуши. На этой ратушной площади размещены аляповатые фонтаны и скульптуры в стиле модерн. Если стоять спиной к ратуше, то справа будет Центр нобелевских премий мира, а слева на возвышении красуется подреставрированная крепость 14 в. Акерсхус (Akershus).

Около восточного ж/д вокзала я нашла велодорожку на Vinterbro, идущую вдоль все того же автобана Е 18, причем, порой почти вплотную к шумному шоссе. В одном месте велодорожка после небольшого подъема резко идет на спуск, а внизу – крутой разворот, в который я, к сожалению, не вписалась и уже боком, точнее, ступней, ударилась в металлическую изгородь-сетку, но, главное, в трубу, разделяющую сетки. Удар был ощутимый, будто искры из глаз посыпались. Лежа пошевелила правой ступней – вроде, резких болей нет. Значит, полагаю, нет и перелома. Вот только обнаруживаю погнутость у зубчатки велосипеда, а цепь соскочила и не садится на зубчатку. Ногу перевязала эластичным бинтом, встаю и топаю дальше, опираясь на велик. Нога, конечно, распухла, но идти терпимо. Так пёхом добралась до селения Kolbotn и на его окраине, на краю леса поставила палатку. Утром решила заняться великом. В окрестных домах – тишина. Через пару улиц увидела мужчину, который возился у себя в гараже. Подошла, объяснила свою проблему. Норвежец тупо смотрит на зубчатку, отвечает, что все, капут, надо менять. Ну, да, эти цивилизованные европейцы ничего руками не умеют делать. Я ему повторяю, что ремонтом займусь сама, только мне нужен hammer, молоток, то бишь. Долго он искал молоток в гараже (обычно такого инструмента у них вообще нет – ни в доме, ни в гараже), на мою удачу, нашел нечто завалящее. Рядом была поленица дров, так я взяла несколько чурок. Стала выправлять, аккуратно постукивая. Дело пошло и через час цепь уже ложилась на зубчатку. Проехала немного налегке, проверила торможение. Все в порядке, можно загружать рюкзак. Кстати, за всеми моими действиями наблюдал не только этот норвежец, но и его фру. От восхищения моей умелости они пригласили меня в дом, предложили помыть руки горячей водой и всякими средствами, а на дорожку презентовали литровую упаковку апельсинового сока. Прощаюсь и в путь. Да, на выкате из городка я узрела статую Амундсена с собакой (все в том же норвежском, как я определила для себя, стиле – смесь модерна и кантри).

За Vinterbro велоуказатель показывает направление на Мосс (Moss). Еду теперь вдоль 252-й трассы, которая держится автобана Е 6. На подъезде к Моссу трассы менялись: то 151-я, то 118-я. Мосс признан множеством малых скульптурных форм, которые установлены по всему городу. Все ближе, ближе шведская граница. Проскакиваю указатель на селение Борге (Borge), где родился выдающийся полярный исследователь Руаль Амундсен – первооткрыватель Южного полюса, далее Фредрикстад (Fredrikstad), насквозь пропахший копченой рыбой. Город был основан, как крепость, в 1567 г. королем Фредериком II, в честь которого и получил свое название. Велодорожка идет впритык 118-й трассы и вместе с ней заходит на старый мост через фьорд. Слева от трассы лежит пограничный Халлен (Halden, швед. Халден). На вершине холма возвышается над городом внушительная крепость Фредрикстен (Fredriksten). Крепость известна тем, что здесь в декабре 1718 г. был убит шведский король Карл ХII. Да, да, тот самый Карлуша, которого наш Петруша разгромил под Полтавой и который еле ноги унес из России. Однако, через 10 лет этот Карлуша очухался, набрал еще войско и полез к норгам. Тут же на границе его и добили. Со смертью Карла ХII в 1718 г. закончилась Большая Северная война.

Швеция меня встретила проливным дождем, который пришлось пережидать под навесом на бывшем КПП. И снова вспоминается хазановское, как где-то тепло и солнечно, «…а в деревне Гадюкино вторую неделю идут дожди …». 30 июня, на 25-й день путешествия, пересекаю символическую норвежско-шведскую границу и двигаюсь по дороге, которая лежит слева от автобана Е 6. Но скоро эта дорога кончается и ничего, кроме этого Е 6 нет. Правда, висит щит с перечеркнутым знаком автобана, значит, можно топать дальше. Топать, потому что опять дождь и я одета в накидку, а велик с рюкзаком покрыты большим полиэтиленовым мешком. Шлепаю по кромке трассы, благо, сегодня суббота и фур почти нет, но много легковых авто. А тут еще сама трасса на реконструкции: то она широкая, то узкая. Кошмар, да и только. Лишь после Skee я свернула на боковую 164-ю дорогу и сразу стало спокойно и тихо. Ощущается совсем другой ландшафт, нежели в Норвегии. Здесь шире долины, шире дороги с плавными подъемами и спусками, нет этого удручающего и давящего со всех сторон леса и камня. В Rämne по указателю свернула в сторону Танумсхеде и проселочными дорогами докатила до городка. Окрестности вокруг Танумсхеде (Tanumshede) площадью 18 км² объявлены всемирным наследием ЮНЕСКО из-за высокой концентрации петроглифов и наскальных рисунков бронзового века (от 1800 г. до 600 г. до н.э.). Всего обнаружено около 3000 петроглифов. В самом городке меня сориентировали на местную церковь (по-шведски это будет kyrka – щюрка), от которой поворот к музею наскальных рисунков. Напротив музея через дорогу – огромные валуны с рисунками. Многие наскальные рисунки показывают суда – длинные лодки, несущие людей. Есть рисунки, изображающие охотников, животных и охотничьи сцены. Некоторые из каменных картин показывают людей, выполняющих пахоту волами. Рисунки окрашены в красный цвет, чтобы сделать их более видимыми для туристов. Если ехать дальше на Квилле (Kville) по тихой маломашинонасыщенной дороге, то разрисованные валуны, торчащие из земли, повстречаются еще не раз.

Итак, еду вдоль шведского побережья пролива Скагеррак (Skagerrak, по-шведски произносится Скайеррак), но дальше от воды, где очень ветрено и холодно. За Клевой (Kleva) схватила абсолютно дождливую дневку, т.е. буквально весь день так лило, что из палатки не могла вылезти. «…а в деревне Гадюкино уже третью неделю идут дожди…». Жаль, почитать нечего, поэтому учу-бубню шведский язык. Во всяком случае, банальные фразы усвоила. Разговор с хозяевами дома, около которых весь день стояла, веду на жуткой смеси шведского, английского и немецкого, с добавлением норвежского, когда точно не знаю как по-шведски. Как еще меня понимают? Шведы более, как мне показалось, добрые и гостеприимные люди, чем норвежцы (те вообще замороженные до костей и безразличные ко всему). После проливной дневки миновала Уддеваллу (Uddevalla) и лесными дорогами выехала в Утбю (Utby) к Йёта эльв (Göta älv) или, проще, к Гёта-каналу. Теперь мой путь лежит вдоль канала, по которому изредка плывут теплоходики. Дорога на правом берегу нормальная, хотя и без велополосы, но машин немного. У Лилла Эдет (Lilla Edet) видела шлюзы – интересное зрелище, когда они заполняются водой или сливают воду и суда проваливаются в бездну. Рядом с новым шлюзом сохранился самый старый в Швеции шлюз – 1607 г. Перед Кунэльв (Kungälv) появилась отдельная велодорожка, по ней я и вкатила в городок. Кунэльв известен своей крепостью Бохус (Bohus), которая служила главной норвежской защитой против Швеции на побережье до 1658 г. В те далекие времена эти земли принадлежали Норвегии. Строительство ее началось в 1308 г. Из гранита и кирпича были возведены могущественные стенами и четыре прямоугольные угловые башни. В центре западной стороны располагались ворота и разводной мост. После того, как окрестную территорию норги уступили Швеции, ей и перешла крепость Bohus. Крепость теперь уже не стояла на границе, поэтому потеряла свое значение. В настоящее время в крепости размещается музей.

Следующим значимым местом на маршруте был второй по величине город Швеции и большой порт Гётеборг (Göteborg, шведы произносят Йётэборьй). В историческом центре города есть что посмотреть. На центральной площади Gustav Adolfstorg стоит памятник королю Густаву II Адольфу, основавшему в 1621 г. этот город. Одет король по моде 17 в. и похож на мушкетера. На той же площади находится сохранившаяся с 17 в. ратуша. За ней на набережную выходят церковь Кристины с высокой колокольней и Дом Ост-Индской компании, основанной в 1700 г. Сейчас в здании бывшей Ост-Индской компании располагаются городские музеи. Конечно, несколько музеев и архитектурных композиций связаны с морем: это и крепость-форт Эльфсборг (Elfsborg), мощное сооружение 17 в., расположенное на острове при входе в бухту Гётеборга; и Музей мореходства с аквариумом; и Морская башня высотой 62 м, которую венчает статуя “Жена моряка”, всматривающаяся вдаль, в сторону моря, ожидая, не покажется ли мачта корабля. Ну, а символом Гётеборга называют выразительную статую морского бога Посейдона – творение шведского скульптора Карла Миллеса (1931 г.), установленную немного дальше от центра на Гётской площади (Götaplatsen) посреди фонтана. Гётская площадь – своеобразный культурный очаг: фоном для Посейдона служит Музей изобразительных искусств, а по обе его стороны стоят театр, библиотека и концертный зал. Кстати, в местном Музее изобразительных искусств представлены работы как старых мастеров (есть Рембрандт и Рубенс), так и художников 19-20 вв. (Сезанн, Гоген, Ван Гог, Пикассо, Шагал, знаменитый норвежец Мунк, скульптурные работы Родена).

По 158-й дороге выехала из Гётеборга (схватив и там очередную порцию дождя), после по периодически появляющимся велодорожкам качу примерно параллельно автобану Е 6. Где-то за Кунсбакка (Kungsbacka) прорезало заднюю покрышку сбоку. Камера, естественно, вылезла и лопнула. Достаю запасную камеру, заднюю покрышку надеваю на переднее колесо, а в прорезь вставляю прокладку и перематываю скотчем. Опять, как и в прошлом году, новой покрышки хватило только на месяц похода. Вот такое дерьмо делают. Что ж, пару дней смогу продержаться, пока буду искать по магазинам подходящую покрышку. Так дотопала до Варберга (Varberg), главной достопримечательностью которого является средневековая крепость, стоящая на берегу пролива Каттегатт (Kattegatt). Крепость была сначала построена как замок в 1280 г., в последующие столетия замок расширялся пристроенными новыми частями. Стены крепости строились в 17 в. В 19 в. большая часть крепости использовалась как тюрьма. Сейчас в крепости располагается музей Варберга и множество разных организаций. Если смотреть на море, то справа от крепости, на берегу, прямо на воде на сваях, стоит прикольный банный корпус. А слева, недалеко от крепости можно обнаружить гранитную плиту-памятник с надписью: Daniel Rantzau. Даниэль Рантцау (1529–1569 гг.) был датско-немецким генералом, принимавшим активное участие в Северной семилетней войне. В ноябре 1569 г. во время нападения на шведскую крепость Варберг Рантцау был убит пушечным ядром, раздробившим ему голову.

После уикенда, когда опять открылись магазины, ищу везде покрышку. В городке Tvååker удача мне улыбнулась и в спортивном магазине оказалась шина нужного диаметра. Обошлась она мне в 69 SK (шведских крон), что примерно 10 $. Поставила новую шину на заднее колесо, сразу настроение поднялось и, не взирая на сильный холодный ветер с моря, с воодушевлением кручу педали через ряд приморских городков. Фалькенберг (Falkenberg) запомнился церковью св. Лаврентия (1300 г.). Хальмстад (Halmstad) – фонтаном “Европа и Бык” на главной площади, замком 17 в., в котором находится турбюро, перед замком – старое учебное судно на приколе. Напротив замка (через мост) в парке Пикассо поставлена претенциозная скульптура работы Пикассо (стела с вырезанными углами), а на проспекте Победы чья-то безобразная скульптурная композиция вереницы велосипедистов какого-то желто-зеленого цвета. Лахольм (Laholm) – один из очень старых городов Швеции, был основан в 13 в., являлся в то время датской территорией. В 16–17 вв. в войнах между Данией и Швецией несколько раз был то датским, то шведским городом. Городская церковь была заложена в 1225 г. На центральной площади имеется скромненькая ратуша 18 в., несколько скульптурных композиций.

В Хельсинборг (Helsingborg) весьма запутано было въезжать. По велодорожке устремилась в центр, а она привела меня куда-то в жилые районы справа. Народ подсказал, как выбраться. Резкий спуск по улицам приводит на главный проспект, по которому выхожу к роскошной ратуше (19 в.). С 1085 г. идет отсчет возраста Хельсинборга. Это год, когда город был впервые упомянут в документах, в качестве подарка от датского короля Кнута Святого, хотя люди жили здесь в течение длительного времени до этого. Город расположен на берегу пролива Оресунд (Öresund), в самом узком его месте напротив датского города Хельсингёр (Helsingør), который виден со шведского берега. От Дании Хельсинборг отделяет всего 4,5 км. Благодаря своей прекрасной позиции, Хельсинборг стал важным европейским портом уже к 1600 г. Дания и Швеция были часто в состоянии войны. Шведы захватывали город шесть раз у датчан и теряли его шесть раз. Только в 1710 г. шведы, с трудом собрав остатки разбитой под Полтавой армии, под командованием фельдмаршала Магнуса Стенбокка (Magnus Stenbock), наконец, окончательно победили датчан в Хельсинборгском сражении. На площади перед ратушей стоит памятник Магнусу Стенбокку, на постаменте выбиты победные битвы этого полководца. Первой значится Нарва, где молодой Петр I потерпел поражение. Зато, конечно, на постаменте не упомянута Полтава, откуда драпал побитый Магнус. Среди городских достопримечательностей обращают внимание башня Щэрнан (Kärnan), оставшаяся от некогда стоявшей крепости, и церковь св. Марии, построенная в 14 в. в готическом стиле с великолепными декорациями интерьера. Церковь св. Марии находится у подножия холма, на котором стоит башня Щэрнан.

По дороге, параллельной автобану, качу в портовый город южной Швеции в Ландскруну (Landskrona). Ландскруна, расположенная в удобной для судов бухте, получила права города в 1413 г. От старины сохранились остатки замка-крепости, где проводятся концерты и разные культурные мероприятия. От городской набережной отходят экскурсионные теплоходы на остров Вен (Ven), связанный с именем датского астронома, астролога и алхимика Тихо Браге (Tycho Brahe), жившего в 16 в. На острове Вен он построил уникальную обсерваторию-замок “Ураниборг” (“Небесный замок”), где в течение 21 года проводил многочисленные наблюдения за небесными светилами. Обсерватория-замок была уничтожена в 17 в., до настоящего времени сохранилась только средневековая церковь. И в Хельсинборге, и в Ландскруне ищу подходящий к моим горелкам газовый баллон. Увы, видела только баллоны системы Primus – это уже третий вариант баллонов. Бесконечные дожди ломают мои планы и я решаю не ехать дальше к Мальмё (Malmö) и Лунду (Lund), хотя очень сожалею, что не увижу Лундский университет, основанный в 1666 г. От Ландскруны резко повернула на восток до Höör и, далее, двигаясь на северо-восток, взяла ориентиром столицу Швеции Стокгольм.

Дожди, морось, в общем, сырость продолжаются. «…а в деревне Гадюкино уже месяц идут дожди…». Середина июля! Ни тепла, ни солнца! Вспомнила, что, готовясь к путешествию, читала, будто в Швеции самый высокий в мире уровень суицидов. От такого лета точно: сопьешься, сойдешь с ума или повесишься. В каждом шведском дворе, где есть дети, стоит круглый батут и шведские дети под дождем в сапогах тупо прыгают на этих батутах, а потом из некоторых вырастают алкоголики или самоубийцы. Итак, миновала Höör, Hässleholm, Älmhult, Alvesta. По-прежнему, нигде нет газовых баллонов систем Go-System и Camping-gaz, а в одном месте мне предложили уже четвертый тип баллонов (какие-то американские), который, конечно не подходит к моим горелкам. Уже несколько дней готовлю еду на импровизированной печке, как в прошлом году в Греции. Удачно, что я взяла с собой металлическую коробку, куда сложила горелки, сухое горючее, спички, куски плекса. И вот теперь устраиваю костерок из щепок в крышке коробки. Однако, от моей походной жизни этого года остались и светлые воспоминания. Дороги, которые вели меня от города к городу срединной Швеции, проложены по чудесному ландшафту: поля, перелески, плавные подъемы и спуски, иногда трасса идет лесом. А главное, очень витаминные места – здесь и спелая уже вишня, много малины и царица северных лесов – черника. Отвела душеньку, как говорится.

В Швеции, по моему разумению, немного исторических личностей мирового значения. Одним из наиболее ярких является гениальный ученый Карл Линней (Линнеус). Этот шведский врач и натуралист заложил основы научной классификации живых организмов, он был прародителем современной экологии. Линней родился в 1707 г. и учился в Лундском и Уппсальском университетах. Потом получил степень доктора медицины в университете Хардервейка (Harderwijk) в Голландии. В Лейденском университете в Голландии Линнею удалось опубликовать Classes plantarum (сопоставление всех известных на тот момент систем растений с естественной системой растений самого Линнея). В 1738 г. Линней открыл медицинскую практику в Стокгольме, а в 1741 г. вступил в должность профессора медицины в Уппсальском университете, в котором он и проработал до конца жизни. Из наиболее значимых публикаций этого периода следует отметить Philosophia botanica (учебник ботаники). Линней разделил природный мир на три царства: минеральное, растительное и животное, использовав четыре уровня (ранга): классы, отряды, роды и виды. Линней отказался от лестного предложения из Петербурга, где Екатерина II предлагала ему звание члена Академии наук. У себя на родине он получил все отличия, какие только мог получить: в 1761 г. Линнею пожаловали дворянство, он изменил имя на фон Линне и придумал себе герб с изображением яйца и символов трех царств природы. Итак, этот 2007-й год Швеция объявила годом Линнея в связи с 300-летием со дня его рождения. Родился великий ботаник в деревушке Росхульт (Råshult) между Эльмхультом (Älmhult) и Алвестой (Alvesta). В Алвеста, в небольшом музее, я с большим интересом осмотрела экспозицию, посвященную Карлу Линнею.

Путь от Алвесты до Нэшё (Nässjö) решаю преодолеть на электричке за 129 SK (шведских крон). За окном пролетают леса, горелые гати, снова леса, редкие селения. Из Нэшё выезжаю по 33-й трассе строго на восток. В городке Экшё (Eksjö) привлекательна, как обычно, главная городская площадь с ратушей, собором и башней. В историческом центре множество деревянных домов. Раньше в городе квартировали кавалерийские части и по этому случаю установлен памятник всаднику-кавалеристу. В гарнизонной библиотеке (здесь и сейчас стоит воинская часть) посидела бесплатно в интернете, обработала свою почту, отправила письма родным. Кстати, по-моему, еще не писала, что во всех скандинавских странах можно бесплатно пользоваться интернетом в местных библиотеках. Перед Виммербю остановилась на ночлег у старинной (начало 13 в.) уникальной деревянной церкви в селе Пеларне (Pelarne). Рядом с церковью стоит новодел – высокая деревянная колокольня оригинальной конструкции. В церкви увидела замечательный интерьер, взяла на память проспект и карту с указанием церквей во всем регионе, вплоть до Стокгольма. Весьма полезная информация! Все-таки, у меня много ночевок именно около церквей, где всегда спокойно, есть вода и туалет.

На следующий день отправляюсь в городок Виммербю (Vimmerby). Он славен тем, что в нем в 1907 г. родилась знаменитая шведская писательница, автор всемирно известных книг для детей Астрид Линдгрен. Швеция в этом году отмечает 100-летие детской писательницы. В детстве Астрид была окружена фольклором, и многие шутки, сказки, истории, которые она слышала от окружающих, легли потом в основу ее собственных произведений. Писательский дар и страсть к сочинительству проявились у нее, стоило ей только выучиться грамоте. После школы, в возрасте 16 лет, Астрид начала работать журналистом в местной газете, но, оставив должность младшего репортера, скоро уехала в Стокгольм. Там она окончила курсы секретарей и в 1931 г. нашла работу по этой специальности. Астрид Линдгрен сочиняла описания путешествий, сказки для семейных журналов и рождественских календарей, чем постепенно оттачивала свое литературное мастерство. В 1944–1950 гг. появилась на свет трилогия о Пеппи Длинныйчулок, в 1946 г. была опубликована первая повесть о сыщике Калле Блюмквисте (“Калле Блюмквист играет”), благодаря которой Астрид Линдгрен завоевала первую премию на литературном конкурсе. В 1954 г. писательница сочинила первую из трех своих сказочных повестей – “Мио, мой Мио!”. И конечно, самое популярное произведение Астрид Линдгрен – трилогия: “Малыш и Карлсон, который живет на крыше” (1955 г.), “Карлсон, который живет на крыше, опять прилетел” (1962 г.) и “Карлсон, который живет на крыше, проказничает опять”. Из-под пера детской писательницы вышло в общей сложности около восьмидесяти произведений. В 1958 г. Астрид Линдгрен наградили медалью Ханса Кристиана Андерсена, которую называют Нобелевской премией в детской литературе. Так вот, в Виммербю устроен обширный парк “Мир Астрид Линдгрен”. Парк представляет собой городок, застроенный маленькими сказочными домами (есть домик Карлсона, вилла Пеппи Длинныйчулок, хутор Эмиля из Лённеберги). На нескольких площадках этого сказочного мира проходят театральные представления и кукольные спектакли по сказкам писательницы. Несмотря на пасмурную погоду, сотни родителей с детьми толпятся у касс, чтобы попасть внутрь этого парка. Я же поступила сообразительней: обошла весь парк по внешнему периметру, разглядывая его содержимое сквозь сетку ограды.

Из Виммербю выкатываю чуть в стороне от 34-й трассы, в северо-восточном направлении. Опять в большом количестве поедаю чернику. Меж лесов и озер проскакиваю ничем особо непримечательные городки Horn, Åtvidaberg (в местной библиотеке опять в интернете посидела), Björsäter, Östra Ryd и прямиком, пересекая Гёта-канал (так замкнула два конца этого канала, вдоль которого ехала в начале моего пути по Швеции), направляюсь к крупному шведскому городу Норрщёпинг (Norrköping – Северный рыночный город). Норрщёпинг основан в 14 в. В средние века здесь строились текстильные фабрики, корабельные верфи, позже производились паровые машины, пароходы. В 1719 г. во время Северной войны сюда дошли русские войска и Норрщёпинг был разрушен до основания. В течение 18 в. город заново восстановили. В 1769 г. здесь собрался шведский Riksdag (парламент), а в 1800 г. король Густав IV короновался в местном соборе св. Улая (на шведском это St. Olai kyrka, а на английском: church of St. Olof, Олофа, то бишь). Отличительная особенность колокольни церкви св. Улая состоит в том, что на куполе ее вместо креста – топорик, как у наших стрельцов был. Побывала я также у церкви св. Хедвига (17 в.), на площади Карла XIV Иоанна со статуей этого короля. В городском художественном музее собраны коллекции многих великих мастеров 16–20 вв.: изумительные картины Рембрандта, Рубенса, Ренуара, Дега, Гогена. Имеется также богатое собрание рисунков, гравюр и изделий ручной работы со времен эпохи Возрождения до наших дней. Но наибольшую радость в этом городе мне доставило приобретение, наконец-то, газового баллона. В спортивном магазине оказался подходящий, системы Go-System за 89 SK.

После Норрщёпинга на моем пути к столице Швеции был еще один Щёпинг - Нющёпинг (Nyköping – Новый щёпинг, то есть Новый рыночный город). Город известен своим замком-крепостью. Еще в 13 в. было начато строительство крепости Nyköping, а в следующем столетии она стала самой сильной крепостью страны. Наши бравые солдатушки в 1719 г. прошли и через Нющёпинг, основательно разрушив его. Позже город восстановили. От Нющёпинга далее на маршруте чувствуется приближение конгломерата населенных пунктов. Все чаще закладываю большие петли по второстепенным дорогам, где можно двигаться на вело, уходя от основного автобана. Эти постоянные объезды так надоели, что как только оказалась в городе Сёдертэлье (Södertälje), что почти на подступах к Стокгольму, то решительно направилась на ж/д вокзал. Узнала там, что можно доехать на электричке до южного вокзала столицы, взяла билет за 52 SK. И вот я еду в поезде, за окном вагона тянутся утомительные пригороды Стокгольма, через час я выхожу на перрон южного вокзала. Отсюда было просто проехать к терминалу Viking Line, от которого отходят паромы в Финляндию, в частности, в Турку. В отделе информации на вокзале терминала узнала, что в Турку отправляются паромы только из Стокгольма, а из порта Капельскэр, что севернее столицы, в Финляндию летом паромы не ходят. Ну, вот, приходится на ходу менять план. Я ведь после Стокгольма собиралась ехать дальше на север до Уппсалы, посетить дом-музей Карла Линнея “Хаммарбю” (Hammarby) с ботаническим садом и, главное, увидеть Уппсальский университет – первый в Швеции университет, открытый в 1477 г., давший 9 Нобелевских лауреатов. После Уппсалы я бы докатила до порта Капельскэр, от которого паромом перебралась бы в Турку. Увы, пришлось отказаться от Уппсалы и покупать билет в Турку здесь. Билет (с вело) стоит 241 SK, что по тогдашнему курсу примерно 40 $. Вот и почувствуйте разницу: на паром из датского Хиртсхальса до норвежского Кристиансанна за 3 часа ходу с меня содрали около 104 $, а от Стокгольма до Турку за 11 часов плавания – только 40 $. Да, билет я взяла на рейс, уходящий на следующий день утром, чтобы не тратиться на спальное место в каюте и пересечь Ботнический залив в дневное время. К сожалению, вокзал терминала с вечера до утра закрывается, поэтому ночь мне предстояло провести где-нибудь в городе. Зато есть и отрада: боженька услышал мои стенания и подсушил погоду – уже два дня нет дождя.

Итак, в 16 час. при солнечной погоде я начала осмотр Стокгольма. Постаралась максимально исходить его пешком. Обошла планомерно всю Старую часть города – Гамла Стан, целиком лежащую на острове Стадсхольмен. Кстати, многие кварталы Стокгольма расположены на 14 основных островах, связанных между собой сетью мостов, молов и каналов. В Гамла Стане находятся Королевский дворец (официальная рабочая резиденция короля), кафедральный собор св. Николая (13–15 вв., место коронации шведских монархов), Оружейная палата, Королевский монетный двор, несколько дворцов. С восточной стороны Королевского дворца на приколе у набережной качается на воде отреставрированный корабль викингов в натуральную величину. Недалеко от Королевского дворца стоит здание Шведской Академии наук, в котором размещается музей великого Альфреда Нобеля, где представлены все экспонаты, за которые ученым давали Нобелевскую премию. Вероятно потому, что был теплый субботний вечер, перед Академией наук на небольшой площади сидел и играл духовой оркестр из молодых музыкантов в синих мундирах гвардейцев королевского полка. Спешить мне некуда, так что с воодушевлением послушала музыку, а после продолжаю топтать мостовые этого прелестного города. В северо-западной стороне Гамла Стана осматриваю Рыцарский дом (Riddarhuset) и по мостику попадаю на соседний остров. Ha этом острове Pиддapxoльмeн (Riddarholmen – Рыцарский остров) имеется Риддархольмская церковь (13–15 вв.), место погребения шведских королей и аристократов, а также несколько уникальных дворцов. Перед церковью на высокой колонне установлена статуя Биргера Магнуссона (Birger Magnusson), правителя Швеции из рода Фолькунгов. По сведениям из летописей этот Биргер принимал участие в Невской битве 1240 г. и был ранен в лицо.

Не удержалась и сфотографировала здание шведского парламента-риксдага, расположенное на маленьком острове Хельгеандсхольмен (Helgeandsholmen) между Гамла Стан и фешенебельным кварталом Норрмальм и представляющее собой уникальное сочетание классических и современных форм. Далее перехожу на Kopoлeвcкий остров (Кунгсхольмен – Kungsholmen) с монументальной ратушей (Stadshus), в которой ежегодно 10 декабря происходит вручение Нобелевских премий и устраивается банкет в честь лауреатов. Обследовав по периметру здание ратуши, я возвращаюсь в квартал Норрмальм – средоточие магазинов и театров, ресторанов и офисов, центр деловой активности столицы. По пути зашла на центральный ж/д вокзал и узнала, что он тоже на ночь закрывается, потому что ночью поезда по Швеции не ходят. А в голове-то свербит, где ж мне ночь провести? Эврика! Может в какой-нибудь библиотеке в интернете до утра зависнуть – и тепло, и бесплатно. Рассматриваю карту Стокгольма и вижу на ней только две библиотеки: Государственная и Королевская. Спрашивать нарядную гуляющую публику в поздний субботний вечер о библиотеках рангом пониже – это уже сдвиг по фазе. Но чем черт не шутит, отправляюсь сначала к Государственной библиотеке (а вдруг открыта?). Увы, оказалась, конечно, закрытой. Зато увидела некоторые университетские корпуса, Дворец студентов, здание обсерватории, несколько церквей. Ладно, попытаю удачу еще в Королевской библиотеке. Дошла и до нее – закрыта, ни одно окно не светится. Зато за библиотекой уютный парк с нарядной скульптурной композицией Карла Линнея. Можно, конечно, на лавочке расположиться, но уж больно многолюдно там даже в полночь: и на соседних лавочках сидят, и на траве сидят-лежат, грохочет музыка из соседних баров-ресторанов – в общем, покоя нет, публика по домам не собирается расходиться (ночная жизнь столицы бьет ключом). Посидела я в парке на лавочке до половины второго ночи, утеплилась, перекусила и решила искать местечко потише.

На ходу полюбовалась несколькими стокгольмскими театрами, обошла небольшое здание Королевской оперы, с двух сторон окруженное площадями с конными монументами. На одной площади – король Густав II Адольф (основатель Тартуского университета), а на другой восседает Карл XII. Длань его простерта куда-то на юго-восток, по-видимому, на Полтаву метит. После я двинулась вдоль набережной к мосту на остров Юргорден (Djurgården), что лежит к востоку от исторического центра. Остров этот сплошь музейный и был затемнен, только фонари освещали его улочки (в отличие от центра, где сияют витрины, яркая иллюминация, огни кругом). Обратила внимание на впечатляющее здание Северного музея с оригинальной подсветкой, на Музей королевского фрегата “Baca”. На острове есть Музей сказок Астрид Линдгрен, Водный музей “Аквариа”, а на обширной площади раскинулся скaнceн (основан в 1891 г.) – старейший этнографический музей под открытым небом, где представлена Швеция в миниатюре на протяжении пяти столетий. Чувствую, глаза совсем слипаются, можно и палатку на травке поставить (есть где), но боялась, что так крепко засну, что просплю свой рейс. На мою удачу, увидела какой-то минитрактор, потянула за ручку дверцы – она и открылась. В кабине тепло, мягкое сиденье. Поставила рядом велик, уселась в кресло и славно подремала до 5 утра.

С первыми лучами солнца возвращаюсь на вокзал терминала и в 7.20 въехала в чрево парома “Isabella”, закрепила байк, поднялась на 8-ю палубу. Надо же, сидячих мест уже нет. Их вообще очень мало и все оказались заняты (на простых билетах места не указаны, только если билет в каюту). Все же я нашла пустой, еще неработающий бар-кафе и устроилась там на диванчике. Плавно отошли от причала, прощальный взгляд на восхитительный город, от которого веет аристократизмом, напоминающий мой Петербург. Стокгольм знаменит своими десятью королевскими дворцами, расположенными в окрестностях, в городе свыше 75 музеев и 100 художественных галерей. Много европейских столиц я посетила и до сих пор только Вена и Рим покорили меня, теперь к ним можно присоединить и Стокгольм. Отдохнула я на пароме в тихом месте до 11 час., потом кафе открылось, хлынула публика к стойкам, разметая еду, будто несколько суток до этого не ели. Я же пошла искать душевую, которая обнаружилась на 2-й палубе. С удовольствием помылась горячей водой, настирала кучу вещей. Когда же я поднялась на верхние палубы, то паром подходил к порту Mariehamn на Оландских островах (у нас их часто называют Аландскими, хотя их родное написание Åland) между Швецией и Финляндией. К моей радости, вышло очень много людей и на 7-й палубе нашла небольшой салон со свободными креслами. Превосходно! Здесь я и провела остаток времени плавания. Попутно потратила последние 200 SK на мороженое и более существенную еду (в Финляндии функционируют евро).

В 18.50 по шведскому (19.50 по финскому) времени в воскресенье 22 июля, на 47-й день путешествия, я прибываю на финскую землю, высаживаюсь в порту города Турку (Turku, шведское название Åbo – Обу). Турку – самый древний город Финляндии. За год основания города принято считать 1229 г., когда в Турку был перенесен трон епископа. До 1812 г. Турку являлся даже столицей Финляндии. Главная достопримечательность города – средневековый замок в устье реки Аура (Aura). Это также самый старый средневековый замок Финляндии. Его история начинается с 1280-х гг., когда из лагерных укреплений и резиденции наместника короля Швеции вырос массивный серый каменный замок. В средние века замок стал одной из наиболее важных крепостей Шведского королевства в Финляндии, выдержавшей несколько осад и битв. В 1941 г. он был разрушен в результате бомбардировок. После войны отреставрирован и в настоящее время замок служит музеем. В Турку расположена главная лютеранская церковь Финляндии, национальная святыня страны – Кафедральный собор (Tuomiokirkko – Туомиокиркко). Строительство собора началось в 13 в. и было завершено лишь к концу 15 в. Покровителями Туомиокиркко являются св. Дева Мария и первый финский епископ св. Хенрик. Многие выдающиеся личности Финляндии захоронены в соборе и его боковых капеллах. Старая Великая площадь (Vanha Suurtori) – сердце Турку. Площадь образуют Старая ратуша и еще три здания, находящиеся под охраной государства как памятники архитектуры 19 в., представляющие разные стили. Рядом с рыночной площадью Кауппатори (Kauppatori) в 1846 г. была построена православная церковь св. Александры. В Турку в 1640 г. был основан первый в стране университет. В городе имеются разные интересные музеи, среди которых я бы выделила Музей композитора Сибелиуса, в котором представлена история жизни и творчества великого композитора, а также экспонируется коллекция из более чем 350 музыкальных инструментов, собранных со всего мира, имеется библиотека музыкальных рукописей. Естественно, как в любом приличном городе у моря есть и морской музей.

Погуляв по городу и обойдя его интересные места, я выехала по велодорожке вдоль 110-й трассы. Примерно через 5 км остановилась на ночлег у большого городского кладбища на травке сбоку от автостоянки. Дальнейший путь продолжила по той же трассе, которая параллельна автобану Е 18. Наша дорога – составная часть “Большой береговой дороги”, известной так же, как “Королевская дорога” или “Королевский путь”, соединяет Турку с Петербургом. Проложенная из Санкт-Петербурга через Выборг и Хельсинки до Турку вдоль берега Финского залива эта Королевская дорога частично совпадает со средневековым почтовым трактом, переходящим в морской путь, ведущий в Стокгольм и Осло. Только 2-3 дня погода меня радовала, а теперь сильный ветер нагнал тучи и опять полило. Вот и Финляндия – такая же деревня Гадюкино. И вообще, вся Скандинавия – одна большая деревня Гадюкино. Как там юмореска заканчивалась? «…а деревню Гадюкино совсем затопило, а потом и смыло…». Мелькнула веселая мысль: начался бы сейчас скандинавский потоп, меня бы на вертолете спасли и прямиком отправили бы в Россию. А так до нее еще пилить и пилить. Смотреть не на что: сплошные леса. Продолжается зеленая тошниловка: справа лес, слева лес, позади лес и впереди, будь он неладный. Миновала городок с вполне украинским названием Сало (Salo), в Сауккола (Saukkola) в библиотеке снова воспользовалась бесплатным интернетом. Смею заметить, без посторонней помощи по вывеске я бы библиотеку не нашла (Kirjasto – ни на что не похоже). Финский язык, между прочим, оказался для меня таким же сложным, как когда-то венгерский и греческий. Чего стоит только одна фраза, чтобы представиться: «Я – велотурист: Olen pyöräily matkailijoiden – Олен пюёряйлю маткайлиёйдэн», да еще надо всегда следить за тем, чтобы правильно ударение во всех словах ставить на первый слог. Изощренный мозголом!

Наконец, показались пригороды Хельсинки, а скоро и сама столица Финляндии распростерла свои объятья. В Хельсинки опять повезло с погодой (без дождя), поэтому обошла столицу Финляндии максимально, как смогла. Для начала проехала весь длинный главный проспект Хельсинки – проспект Маннергейма. Слева виднеется арена и высоченная башня олимпийского стадиона. Чуть дальше свернула направо с проспекта на боковую улицу Сибелиуса и, спустившись почти к заливу, посетила парк Сибелиуса с оригинальной скульптурной композицией: органные трубы и чуть в стороне – одинокая голова маэстро. От парка в направлении к центру, через пару кварталов, видела уникальную церковь Темппелинаукио (Temppelinaukio) – она вырублена прямо в каменном массиве. Считается, что эта скальная церковь, построенная в 1969 г., обладает лучшей в мире акустикой. Здесь установлен крупных размеров орган и проводятся концерты органной и скрипичной музыки. Вернувшись на проспект Маннергейма, я оказалась у оригинального Национального музея с элементами старинного замка и церкви с колокольней. Напротив него – вполне еще современный Дворец “Финляндия”. Ближе к центру на правой стороне проспекта возвышается помпезное здание Парламента из светлого гранита, перед фасадом которого поставлены скульптуры первых президентов независимой Финляндии. Почти на углу Музея современного искусства, ближе к ж/д вокзалу, торчит конная статуя маршала Маннергейма. Бронза, видимо, давно не чистилась, поэтому маршал имеет довольно заляпанный вид с многочисленными подтеками. Розово-гранитный железнодорожный вокзал, построенный в начале 20 в. с элементами национально-романтического стиля, – один из известных символов Хельсинки. У стенда информации на вокзале я увидела автомат, который при нажатии кнопки выдавал бесплатно карту Хельсинки. На площади, с правой стороны ж/д вокзала, обращают на себя внимание Национальный театр в виде миниатюрного замка и Государственный художественный музей “Атенеум”, названный в честь богини Афины и имеющий крупную коллекцию живописи и скульптуры 18–20 вв. (среди прочих имеются работы Гойи, Делакруа, Ван Гога, Гогена, Сезанна, Модильяни, Матисса, Тулуз-Лотрека, Пикассо, Мунка, Шагала, Родена). Здесь очень много рисунков и небольших картин Ильи Репина.

От привокзальной площади по Центральной улице Keskuskatu (keskus – по-фински центр) я прошла до улицы Лённротинкату (Lönnrotinkatu), на которой полюбовалась прелестной светлой деревянной Старой церковью (1826 г.). От этой церкви улица Булеварди (Bulevardi) привела меня в парк Эспланади, что зажат между улицами Северная и Южная Эспланади (Pohjoisesplanadi, Eteläesplanadi). Парк известен статуями финских литераторов, смешными скульптурами (например: вереница бронзовых тёток-колоколов) и фонтаном, увенчанным кокетливой морской нимфой “Хавис Аманда”. Парковый бульвар заканчивается Торговой площадью Кауппатори (Kauppatori), на которой стоит Президентский дворец. Построенное в 1818 г. здание использовалось как резиденция в Хельсинки российских императоров, а с 1919 г. здесь находится официальная резиденция президента Финляндии. За чугунной решеткой в глубине двора – главный пост финской гвардии. Среди других строений на Кауппатори выделяется небесно-голубой муниципалитет Хельсинки. Рядом с Президентским дворцом соседствует Стела императрицы (Keisarinnankivi). Этот обелиск с позолоченным двуглавым российским орлом на шаре был первым памятником, установленным в Хельсинки. Его открытие состоялось в 1835 г. в память о визите в Хельсинки императора Николая I и его супруги Александры Федоровны. Во время Октябрьской революции орел был снят и возвращен на место в 1972 г. С Торговой площади прекрасно видны золотые купола православного Успенского собора, построенного на ближайшем острове Катаянокка (Katajanokka) в 1868 г. Собор является кафедральным храмом Финляндской православной церкви и считается крупнейшим православным храмом в Западной Европе.

От Успенского собора я поднимаюсь на Сенатскую площадь (Senaatintori), которая по праву называется сердцем Хельсинки. Архитектурный ансамбль Сенатской площади украшает белоснежный Кафедральный собор (Туомиокиркко – Tuomiokirkko), который возводился 22 года и был завершен в 1852 г. По настоянию Николая I, по аналогии с петербургским Исаакием, на крыше собора появились статуи 12 апостолов. Долгое время собор именовался просто – Большая церковь. Когда же определились с названием и подобрали собору своего святого – Николая, покровителя моряков, уважили и царя – Николая I, назвав собор Николаевским. В 1959 г., когда Хельсинки стал протестантской епархией, собор получил свое нынешнее название – Tuomiokirkko (Кафедральный собор). Интерьер храма прост и замечателен только старинный орган. Со ступеней собора открывается прекрасный вид на Южную гавань и гигантская лестница стала самым публичным местом в городе. В центре Сенатской площади стоит памятник российскому императору Александру II, который даровал финнам автономию, ускорил укрепление финской культуры, языка и народного образования. Императорскую фигуру окружает скульптурная группа, олицетворяющая Закон, Мир, Просвещение и Труд. Если стоять к собору лицом, то справа расположено одно из центральных сооружений Сенатской площади – здание Государственного совета. Оно появилось на площади первым в 1822 г. в качестве здания Императорского Сената Финляндии. В настоящее время здесь работает правительство страны. Напротив Сената в 1832 г. появилось здание Университета. Университет, основанный в Турку еще в 1640 г., после пожара 1827 г. был переведен в Хельсинки и получил название Александринский Университет. Сейчас это только главный корпус Хельсинкского университета, а на близлежащих улицах построены новые университетские корпуса. Рядом находится великолепное здание университетской библиотеки (1844 г.) с уникальным собранием печатных и, в особенности, раритетных изданий. Перед библиотекой – бронзовый бюст императора Александра I. Еще одно здание сенатского ансамбля – серый дом купца Седерхольма, самое старое каменное строение центра города, используется как выставочный зал. Соседнее красно-коричневое здание является официальной резиденцией мэра Хельсинки.

По улице Унионинкату (Unioninkatu) мимо православной церкви св. Троицы я начинаю выбираться из столицы Финляндии в северном направлении. Проехала по длинному проспекту Hämeentie и дальше по велодорожке вдоль 140-й трассы в сторону Лахти. По пути только одно интересное местечко: в Айноле, близ города Ярвенпяя (Järvenpää - то еще названьице!), есть дивная усадьба-музей Яна Сибелиуса. Прямо от калитки в густопоросший парк, в котором находятся бревенчатый дом-музей и другие бытовые постройки, вас обволакивают звуки мелодий музыкальных произведений самого знаменитого финского композитора. Едва успела побродить по усадьбе, как появились опять черные тучи. Под периодическим потоком с небес рывками добралась до Лахти (Lahti). Здесь погода смилостивилась и посуху осмотрела город. Лахти вырос из маленькой деревни, через которую проходил важный торговый путь в Выборг. Первое летописное упоминание относится к 1445 г. Деревня разрасталась и в 1905 г. получила статус города. Сейчас в Лахти несколько красивых церквей, приметное здание ратуши, шедевр современной финской архитектуры – Дворец Сибелиуса, в котором проходят музыкальные фестивали, концерты. Ну, и как полагается, конная статуя Маннергейма.

Из Лахти я взяла курс на восток и покатила в направлении Лаппеенранты (Lappeenranta). Городской проспект Маннергейма плавно перешел в 312-ю дорогу, что петляет вокруг 12-го автобана. К сожалению, уже перед Коуволой (Kouvola) второстепенная дорога стала закладывать такие большие петли, что велопуть удлинялся вдвое-втрое, по сравнению с автобаном. Дальше по карте до Лаппеенранты вообще только один автобан просматривался. Делать нечего, разорилась на 24,5 € (сюда входят 9 € за провоз велосипеда), сажусь в местный поезд в Коуволе и 80 км мимо лесов и озер мчу до Лаппеенранты. Уж как мне это понравилось! Так бы и мчалась до Москвы, или до Петербурга, ну, в крайнем случае – до Выборга. Ан, нет. В Россию билетов на поезд не было. Лаппеенранта раскинулась на берегу самого крупного в Финляндии озера Саймаа (Saimaa). Здесь берет начало Сайменский канал, соединяющий озеро Саймаа с Финским заливом в районе Выборга. Круто спускаюсь от ж/д вокзала к набережной. Узнаю там, что, действительно, по каналу в Россию ходят туристские суда, но ближайший рейс только завтра в 7.30 и стоит это 40 €. Увы, и ждать не хочется, и денег таких нет, так что придется крутить педали до границы и дальше до Выборга. В городе ветрено, но без дождя, временами пасмурно. С живым интересом обошла Лаппеенранту. Главной исторической достопримечательностью является крепость, которую в 1721 г. начинали строить шведы, но через 20 лет русские отвоевали эти земли и завершили ее строительство. Как гласит история, возведением мощной цепи оборонительных сооружений в юго-восточной части Финляндии руководил сам А.В. Суворов. В настоящее время в северном крыле крепости в массивных серых каменных постройках, где раньше размещались артиллерийские складские помещения, находятся музей Южной Карелии и различные офисные помещения. Здесь же в крепости стоит старейший православный храм в Финляндии – церковь Покрова Пресвятой Богородицы, построенная русскими солдатами в 1785 г.

Пересекаю центр города, опять поднимаюсь к вокзалу и около него нахожу велодорожку, что проложена вдоль шоссе №13 (к счастью, это не автобан). На указателях и трафаретах – надписи на финском: Viipuri, что значит Выборг, и Pietari – так коротко пишется Санкт-Петербург. Сначала, полагаясь на карту, посчитала, что до границы только 18 км, но тут пошли указатели, что до нее 25, 26 и остановились на 27 км. Выехала я из Лаппеенранты в 17 час. и подумала, что придется ночевать на финской стороне. Велодорожка быстро кончилась в пригороде и дальше еду по краю довольно узкого шоссе. Благо, машин на моей стороне немного, больше несутся навстречу, из России. Сквозь деревья слева, порой, просматривается Сайменский канал (по-фински – “kanava”). Деревень до границы почти нет (одну-две только сбоку видела). Да, не ожидала я от себя такой прыти: еще засветло вкатываю на финский КПП. Быстро получаю штамп в паспорте и без досмотра и прочих заморочек устремилась к российской границе. Через 300 м – маленький российский КПП, на котором посмотрели только паспорт и сказали, что основной КПП дальше по трассе. Еду-еду, а его все нет. Лишь через 3 км, наконец, я оказалась на большом российском КПП с милым названием “Брусничное”. Уже в сумерках получаю въездной штамп в паспорт, заполняю миграционную карточку. Время 21.30, поэтому прошу у погранцов разрешение поставить палатку на территории КПП. Дежурный связался с начальником смены и старший дал добро. Поставила палатку чуть в стороне от корпуса, где отдыхают пограничники. Там мне разрешили помыться теплой водой и вскипятили воду для чая. Досаждают комары – близко озеро, да и вообще сырость от начинающегося дождя. Со стороны российской границы на трассе скапливаются и урчат фуры, но я на них не реагирую и быстро засыпаю. Итак, 29 июля, в воскресенье, я выехала из шенгенской зоны, проскочив Финляндию за неделю, и вступила на родную землю.

Утро началось с дождя. Гадюкино распространилось и на Россию. Лишь около 7 час. чуть утихла морось. Впереди только до Выборга 40 км, а дальше ехать и ехать, поэтому приготовила ударный завтрак: сразу две пачки картофельного пюре одолела. Собралась посуху и хотела попрощаться с моими вчерашними добродетелями, но на КПП уже прошла пересменка, так что поблагодарила тех, кто был. Покатила от границы по очень узкому шоссе, на котором совсем нет места для вело. Жмусь к обочине, хорошо еще, что в сторону России транспорта и сегодня немного, зато в Финляндию собралась колонна из фур, длиной 2–3 км. Часто дорога идет близко к восхитительному каналу. 58-километровый Сайменский канал с 28 шлюзами из гранита, укрепленных цементом, был построен почти за 10 лет. Его открытие было приурочено ко дню коронации императора Александра II 26 августа 1856 г. Канал сразу же стал оживленной магистралью для грузовых и пассажирских перевозок. Сегодняшний Сайменский канал, открытый после реконструкции в 1968 г., имеет 8 шлюзов. Его длина 43 км, предназначен лишь для малогабаритных судов. Перед одним из мостов (его развели) я стояла и любовалась проходу двух красочных яхт. Примерно через 20 км пути по дороге – опять пограничный пост (а вдруг кто под водой или лесным буреломом границу пересечет?). Проверили паспорт, пожелали счастливого возвращения. Далее снова еду среди леса и только перед самым Выборгом немного простора. Трасса перед городом и при въезде в него ужасно разбитая и все вокруг дохнуло таким жутким убожеством, в пору зажмуриться.

Вот и замкнула я своеобразную дугу маршрута от Виборга до Выборга. В Дании, в Ютландии, проезжала город Viborg. Это было почти началом моего пути. Ну, а пограничный российский Выборг стал его окончанием. В Выборге я бывала раньше, поэтому знакома с его историческим центром, замком. Направляюсь сразу на ж/д вокзал. Ближайшая электричка на Питер в 15.05, так что пару часов, все-таки, погуляла по городу. В сквере у озера встретила двух велотуристов из Питера. Давненько я не встречала родной братии (в Финляндии мне ни разу не попадались велотуристы), быстро знакомимся. Татьяна и Олег только начинают путешествие в Финляндию, путь у них лежит через Иматру, т.е. по дороге севернее той, по которой я прибыла. Поделилась полезной информацией, сфотографировались, попрощались. Загрузилась в электричку, тронулись. За окном – Россия обшарпанная, немытая. Ближе к Питеру проезжаем дачные станции с очень знакомыми названиями: Комарово, Репино, Белоостров, Парголово, Озерки. Прибываем на Финляндский вокзал. Здесь есть единый кассовый центр, но большая очередь, поэтому я решила перебираться на Московский вокзал, с которого собиралась уехать в столицу. Через Литейный мост, по Литейному и Невскому проспектам дотопала до вокзала. Был относительно теплый ранний вечер 30 июля, понедельник, около 19–20 час. Знала, что на Москву идут более десятка поездов ночью и несколько на следующее утро. Каким же шоком было узнать, что билетов нет до 1 августа. Дёрнулась на автовокзал по Лиговке до Обводного канала, а там сообщили, что на Москву ходят два автобуса (утром и вечером), но на них до 2 авг. нет билетов.

Итак, смотрю тупо на расписание автобусов, вспоминаю географию России и прикидываю, куда отправиться, только чтобы не сидеть в этом аппендиксе Петербурге. Чувствую, что ждет меня приключение и добираться из Петербурга в Москву придется или почти как Радищеву, или как незабвенному Александру Сергеевичу – на перекладных. Тут как раз объявляют посадку на автобус в Великий Новгород на 21.30. Быстро беру билет и еду в этот Новгород. Прибываем в 1 час ночи. Наш водитель говорит, что утром есть автобус на Тверь. Но автовокзал закрыт (откроется только в 5 утра), поэтому коротаю ночь на ж/д вокзале, который рядышком. Устроила ночное развлечение для пассажиров, которые дремали в креслах. И их, и кассиршу, что скучала за своим окошком, вовлекла в бурное обсуждение: как можно недорого добраться до Москвы, или хотя бы до границы Московской области. Победила кассирша, которая не поленилась и выписала мне все электрички, чтобы они стыковались, от Новгорода до Москвы (получалось 3–4 пересадки через Малую Вишеру, Бологое и проч.). Однако, я дождалась, когда откроется автовокзал и купила билет до Твери на 7 утра. Было уже 31 июля. Автобус шел 8 час. мимо Валдая, Вышнего Волочка и Торжка (котлет Пожарского не удалось попробовать). А в Твери через час уходила электричка в Москву, так что вечером в 19 час. я была уже на Ленинградском вокзале. Позвонила дочери и она с мужем приехала за мной на вокзал. Так что до дома я добиралась налегке: дочь несла мой велорюкзак, а зять – сложенный велик. Как писал выдающийся норвежский полярный исследователь Фритьоф Нансен: «Прелесть каждого путешествия – возвращение». 10 дней я отъедалась и отсыпалась в Москве, только 12 августа вернулась домой в Алчевск.

Итак, мое очередное путешествие благополучно завершилось. За 56 дней с 6 июня по 31 июля я проехала 3130 км. Из 56 походных дней 30 дней было с осадками и еще 10–12 дней пасмурных без солнца. Такого мокрого путешествия у меня еще не было. Порой с тоской вспоминала прошлогоднюю жару, что была в Италии и Греции. Я неплохо переношу жару, поэтому 45–50 град. меня не пугают. И еще один очень личный вывод. Достопримечательностей в этой Скандинавии довольно мало, зато много лесов и озер. Тратить время и деньги на такую заграницу – иррационально. Точно такие леса и озера есть в Карелии и других российских местах. Ну, не любитель я этой природы – за многие годы путешествий всего насмотрелась. Мне по нраву то, что человеком сотворено. Нет, говорю я решительно, не ездите туда, если сердце ваше бьется ровно, а душа воздержанна. Мои затраты на поход, включая оплату всех расходов в гривнах, долларах и рублях, переведенную в евро, составили 403 €.

Выражаю искреннюю благодарность моим первым за многие годы путешествий спонсорам – директорам алчевского магазина фото- и канцелярских товаров “Успех” Сумарокову Валерию Ивановичу и Голобородько Ирине Георгиевне за презентованную цветную фотопленку.

Материалы любезно предоставлены Л.А.Русаковой. 


Количество показов: 8388
Рейтинг:  3.05
ВКонтакт Facebook Google Plus Одноклассники Twitter Livejournal Liveinternet Mail.Ru

Возврат к списку